Злодейка. (не) нужная невеста - Maria Sonik Страница 80

— Смотри, — я дёрнула Теодора за рукав и показала на лавку с украшениями. — Какая прелесть!

Маленькие серебряные серёжки в виде языков пламени, с крошечными рубинами в центре. Я надела их, покрутилась перед маленьким походным зеркалом торговца. Огоньки весело заплясали в моих ушах.

— Берём, — немедленно сказал Теодор, протягивая торговцу монеты. — Тебе невероятно идёт. Как будто твоя магия застыла в серебре.

— Ты всё покупаешь, что я примеряю, — упрекнулая, но довольно улыбнулась и чмокнула его в щёку.

— Потому что ты редко что-то просишь для себя. А когда просишь — я счастлив тебя баловать. Это моя привилегия — видеть, как ты сияешь.

Мы купили Лёве тот самый деревянный меч — настоящий шедевр, с искусной росписью и маленьким магическим кристаллом в рукояти, который мягко светился в темноте. Лизе — невероятно милого плюшевого дракона с крыльями из парчи. А себе — ещё пару безделушек на память: морскую раковину, которая «пела», если приложить к уху, и два браслета из морского жемчуга.

— Аня, — сказал Теодор, когда мы сидели в маленькой кофейне прямо на набережной, за столиком, с которого открывался вид на порт. — Я хочу тебе кое-что сказать. Это серьёзно.

— Что-то случилось? — я насторожилась, отставляя чашку.

— Случилось, но хорошее, — он улыбнулся, но в глазах читалось лёгкое волнение. — Я говорил с отцом. Он окончательно решил. Через год он отрекается от престола. Я стану королём.

Я молчала, переваривая новость. В голове пронеслось всё сразу: дворцовые интриги, ответственность, бесконечные приёмы, забота о королевстве... и рядом с этим — мы, дети, море.

— Ты станешь королевой, — продолжил он тихо, взяв мои руки в свои. — По-настоящему. Не просто принцессой-консортом, а полноправной королевой. Властью, законом, опорой. Ты готова к этому?

Я смотрела на него. На его глаза, в которых читалось не только волнение, но и абсолютная вера в меня. На его руки, которые сжимали мои так крепко, словно боялись отпустить.

— Теодор, — медленно сказала я, чувствуя, как внутри разгорается знакомое пламя решимости. — Я была готова ко всему с того самого момента, как ты появился в моей жизни и перевернул её с ног на голову. Я была готова к огню, к битвам, к детям, к бессонным ночам, к дворцовым сплетням. К короне — я тоже готова. Мы справимся.

— Правда? — выдохнул он, словно боялся другого ответа.

— Правда. Но знаешь что? Для меня, в глубине души, ты всегда будешь просто Теодором. Моим мужем. Отцом моих детей. Моим домом и моей гаванью. Корона ничего не изменит в том, как я к тебе отношусь. Никогда.

Ол выдохнул с таким облегчением, словно с плеч свалилась гора. Он притянул мои руки к губам и поцеловал.

— Я люблю тебя, — сказал он, глядя в самую душу. — Каждый день всё сильнее. Я не знаю, кактак получается, но это правда. Ты — лучшее, что было в моей жизни.

— Не знаю, — улыбнулась я, чувствуя, как глаза защипало от слёз счастья. — Но я чувствую то же самое. С каждым годом только сильнее.

Мы допили кофе, расплатились и поехали обратно, к нашим детям, к морю, к нашему дому, увозя с собой не только подарки, но и новое осознание нашего будущего.

Мы вышли на берег вдвоём. Дети спали, Изабелла уехала в гостевой домик, няня читала книгу в своей комнате. Море было тёмным, почти чёрным, только широкая лунная дорожка дрожала и переливалась на ленивых волнах. Тишина стояла невероятная, только шум прибоя и наши шаги по песку.