Мой Мармеладный Принц - Кася Дрим Страница 81

Однако моя хитрость в отличие от его, не удалась: когда я в махровом халатике через двадцать минут выскользнула на улицу, Данька уже вовсю прогуливался туда-сюда мимо входа.

— Ты вообще отсюда уходил? — с подозрением оглядев его с головы до пят, спросила я.

— Конечно, Конфетка. Я сходил домой, поставил разогреваться ужин, а потом решил выйти подышать свежим воздухом.

Ага, а у дверей в баню этот воздух, видимо, по-особенному свеж.

— Дань, я покурю. Ты не против?Можешь пока на стол накрывать, чтобы быстрее было, — стараясь, чтобы голос прозвучал естественно, сказала я, когда он донёс меня до крыльца.

На самом деле не так уж сильно я хотела курить, чтобы не потерпеть лишние минут пятнадцать, пока не поедим.

И нет — я вовсе не хотела потянуть время из вредности. Просто вдруг невмоготу стало ощущать и дальше тепло его сильных рук, чувствовать особенный запах кожи, испытывать заставляющее бешено биться сердце нарастающее с каждой секундой желание.

Меня и так уже кажется потряхивает, ещё немного и Данька заметит. И даже воспоминание о сцене в парке не в силах утихомирить это желание. Слишком — слишком давно у меня не было отношений. Ну и дура потому что.

— Я бы тоже покурил. Или ты хотела побыть в одиночестве? — низким и в этот момент мне почудилось, что до невозможности сексуальным голосом проговорил он.

Блин. Ну хоть на лавку меня усадил, тем самым избавив от своей буквально уже сводящей с ума близости. Голос у него, видите ли, сексуальный! А может у кого-то просто воображение чересчур разыгралось? Обычный у него голос — обычный!

Курили молча, но ровно до того момента, пока Данька, совершенно внезапно, не выключил у крыльца фонарь.

— Зачем? — тут же напряглась я.

Ожидала, что он сейчас полезет целоваться — говорю же, воображение разыгралось. В действительности Данька лишь абсолютно безмятежно произнёс:

— Конфетка, заметила, какое сегодня небо звёздное?

Когда бы я успела? Когда обняв его за шею руками, уткнулась в неё же носом? Так я бы тогда начало третьей мировой пропустила бы — не то, что какое-то там небо.

Впрочем про какое-то это я погорячилась. Усыпанное звёздами, словно корона короля — драгоценными камнями, небо и правда выглядело завораживающе.

Залюбовавшись им, не сразу заметила, что каким-то чудесным образом моя рука уже оказалась в Данькиной. Так, а это ещё что за произвол? Всё, не могу больше! Я, конечно, ничего ему предъявлять не собираюсь, но…

Руку я довольно резко выдернула.

— Знаешь, Конфетка, я должен тебе кое в чём признаться, — вздохнул Данька. — Не могу больше обманывать ни тебя, ни себя, — он помолчал, очевидно, собираясь с духом и наконец закончил: — я влюбился. — Ещё помолчал и спросил: — А ты?

Я уставилась на него в недоумении. Что — я?! В полутьме он врядли мог разобрать выражение моего лица, но каким-то образом всё же считал его верно, уточнив:

— Ты разделяешь мои чувства? Хоть немного?

Хм. Чего-то он вроде совсем берега попутал. С какой бы это радости мне разделять чувства к его девушке?! Я её и видела-то раз в жизни. К тому же я вообще категорически против однополой любви!

Сюрприз

— Зачем тебе моё мнение? — довольно холодно поинтересовалась я. — Тебе моё одобрение что ли нужно? Так я её толком и не разглядела.

— Кого? — растерянность в голосе Даньки прозвучала на удивление искренне.