Как они её делили - Диана Рымарь Страница 84

Сегодня я заметил, какая она бледная. Круги под глазами появились, и руки иногда дрожат. Токсикоз, наверное. Не хочу, чтобы она мучилась в душном трамвае, толкалась с другими пассажирами.

— Такси? — удивляется Настя.

Искренне так… Ну да, ну да, мы же экономим. Но не на ее здоровье.

— Я теперь с работой, могу себе позволить, — говорю с гордостью.

Мягко поворачиваю ее к выходу, легонько подталкиваю в спину.

— Иди уже, твоя машина ждет.

Настя уходит, а я приступаю к своим обязанностям.

Первый стол — молодая пара, заказывают капучино и чизкейк. Все отмечаю в планшете, который мне сегодня выдали для работы, стараясь не волноваться.

Второй стол — пожилая дама с собачкой в сумке, просит американо без сахара.

Третий — студенты, шумная компания, заказывают кучу всего.

Пока все идет неплохо. Руки уже не дрожат, чувствую себя увереннее.

Через два часа я уже почти профессиональным жестом цепляю меню для новых посетителей, когда замечаю компанию у входа.

Однако, когда понимаю, что это за компания, хочется заскрипеть зубами от злости.

Костян.

Сын декана и секретаря проректора вуза… Золотой почти выпускник нашего универа.

Упырь, который думает, что ему все дозволено.

Активный создатель контента для того самого порноканала в телеге.

С ним его обычная свита — Димка по кличке Рыжий, тупая скотина с кулаками вместо мозгов, и Сергей, который считает себя интеллектуалом, но на деле обычный подхалим.

А с ними…

А с ними мой родной брат Арам.

Помнится, еще недавно он так же презирал компашку Костяна, как и я. Но все меняется…

Арам оглядывает зал кафе с видом человека, которому здесь все не нравится. Взгляд скользит по интерьеру, по посетителям, а когда натыкается на меня в форме официанта, губы кривятся в презрительной усмешке.

Я читаю в его глазах: «Ну надо же, братец в официанты подался. То бишь сравнялся по уровню с плинтусом».

Компания садится за столик — и, конечно же, в мою зону ответственности. Словно судьба издевается.

Оно бы, может, и стоило уйти на кухню, позвать старшего и попросить меня заменить…

Но отец учил никогда не сдаваться. Пусть сейчас мы с ним не в ладах, но его уроки прочно вбиты в мозг.

Беру меню, подхожу к их столу, стараясь держать лицо спокойным, непроницаемым.

Арам даже не поднимает на меня взгляд. Просто щелкает пальцами, как собачонку подзывает:

— Официант…

Этот щелчок пальцами, как пощечина. В нем столько пренебрежения, что хочется схватить брата за грудки и встряхнуть как следует.

Но я помню слова Семена Петровича: «Клиент всегда прав, даже когда неправ».

Даже когда этот клиент — твой собственный брат, который делает вид, что не знает тебя.

Какова на вкус гордость?

Не многие, наверное, могут ответить на этот вопрос.

Я же — легко. Горькая, противная, чересчур неудобоваримая.

Откуда знаю? В момент, когда брат с презрением на меня смотрит, мне приходится съесть свою. Я ее засовываю поглубже, жую, глотаю.

Нет больше гордости.

— Добрый день, — говорю максимально вежливым голосом, протягивая меню. — Принести меню для всех или воспользуетесь нашим предложением? Хочу напомнить, что на заказы через приложение дается скидка десять процентов…

— В отличие от некоторых, — бросает Арам, не поднимая взгляд от телефона, — деньги есть. Похрен на вашу скидку…