Малыши от бывшего. Вернуть любовь - Дана Стар Страница 89

По мере моего монолога самоуверенность Рады таяла на глазах. Её начала бить крупная дрожь, зрачки расширились. Похоже, до курицы начало доходить, в какой заднице она оказалась.

— Кстати, об уликах, – я небрежно извлек из кармана пудреницу и помахал ею перед носом Рады. – В твоей сумочке полиция обнаружила кое-что интересное. Неужели наркота?

Рада подалась вперёд, сверля алчным взглядом злополучную пудреницу. По её лицу градом катился пот, губы истерично подрагивали. Ломка, не иначе.

— Дай сюда! – просипела, протягивая ко мне трясущиеся руки. – Хоть чуть-чуть! Я не могу без этого, понимаешь?

В приступе ярости я вскочил и швырнул пудреницу в стену. Та с громким треском разлетелась на куски, порошок белым облачком взмыл в воздух.

Рада взвыла раненой волчицей, но я уже не обращал внимания. В два шага оказался рядом, вздернул её со стула, вцепившись в отвороты пиджака.

— Живо выкладывай всю правду, иначе не посмотрю, что женщина! – рявкнул я, встряхивая Раду так, что у нее лязгнули зубы. – Мои люди допросили ублюдка, которого ты послала к нам с кислотой. Он раскололся, так что отпираться бесполезно. И можешь не сомневаться – сейчас мои люди в России собирают на тебя досье. Всю твою подноготную вытащат на свет божий. Это твой последний шанс облегчить свою участь. Признайся, зачем ты всё это затеяла?! Почему я?

Я включил на телефоне диктофон и поднес к её лицу. Рада сглотнула, затравленно озираясь по сторонам. А потом обмякла и заговорила – тихо, хрипло, глотая слова:

— Я была любовницей твоего отца…

У меня будто земля ушла из-под ног. Я рухнул обратно на стул, не веря своим ушам. Что? Как?!

— Да-да, я любила его! – с вызовом бросила Рада, глядя на меня в упор. – А устроилась к тебе на работу, когда узнала, что он неизлечимо болен! Хотела подушку безопасности…

— Врешь! – взревел я, чувствуя, как внутри все переворачивается от омерзения. – Ты любила только его деньги, мразь продажная! И давно вы с ним?

Рада откинулась на спинку стула, кривя губы в ядовитой усмешке.

— Всё было продумано, Руслан. Не было никакой больной матери. А та вечеринка, где я очутилась в твоей постели – тоже постановка. Мне нужно было разрушить твой брак. И сообщение Полине с телефона Ромки – тоже моих рук дело. Чтобы она застала нас вместе и сделала неверные выводы…

Я задохнулся от гнева. Как она посмела?! Манипулировать мной, моей семьей, нашими чувствами!

— Зачем? – прохрипел я. – Зачем тебе всё это, к чертовой матери?!

Рада вдруг сгорбилась, на лицо набежала тень.

— Твой отец… Он был смертельно болен. А мне нужен был новый покровитель. Новый…

— Спонсор, – закончил я, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. – И ты решила переключиться на меня? Влезть в мою жизнь, в мою постель, в мою семью?

— Ну а что мне оставалось? – огрызнулась Рада. – Не на улицу же идти!

— Как ты оказалась здесь, в Израиле??

— Выследила тебя, естественно…

У этой дряни поехала крыша из-за денег, из-за страха лишиться ненаглядного спонсора и красивой жизни.

Что ж, устрою тебе красивую жизнь!

Я опустил голову, пытаясь уложить в голове весь этот кошмар. Вот, значит, как. Любовница отца. Их совместные вояжи в райские места. Сколько лет он водил всех за нос, прикрываясь своими принципами и моралью? Изменял матери направо и налево, а потом ещё и пристроил эту гадину ко мне на работу!