Следуя за любовью - Ханна Коуэн Страница 89

Двое охранников болтают в нескольких метрах справа от меня и не обращают никакого внимания на мою персону, а я тем временем начинаю поиски. В лобби царит приятная пустота, словно новобрачные забронировали для своего праздника весь отель. Возможно, так и есть. Сегодня не то событие, какое можно позволить прервать хоккейным болельщикам или репортерам, которым не терпится продать историю в «Спортс Уикли». А раз здесь Броуди, им было только проще принять это решение. Он не меньше их заслуживает, чтобы его не беспокоили.

Ковер заглушает звук моих шагов, когда я заворачиваю в длинный коридор, который, как я надеюсь, приведет меня в гримерку. Пока я видела только закрытый парикмахерский салон и нечто вроде свадебного магазинчика.

Я поворачиваю за угол и вижу указатель к уборным, но только собираюсь направиться к одной из них, как чьи-то руки хватают меня за талию и за плечи. И я оказываюсь прижатой к чьему-то крепкому телу. Паника не успевает мною завладеть: я улавливаю древесный аромат и таю в этих объятиях.

— Ты уже второй раз так меня хватаешь. Кто-то сказал бы, что это жутковатая привычка, – говорю я, сжимая губы, чтобы скрыть улыбку.

Спиной я чувствую, как грудь у Броуди ходит ходуном, – его смех мурашками пробегает по моей коже, пронимая меня насквозь.

— У меня привычка хватать так только тебя, дорогуша.

— Если ты сейчас стараешься подольститься, то старайся лучше.

Он кивает, прижавшись подбородком к моей макушке.

— Знаю. Пойдем, поговорим там, где нам не помешают.

— А где «пожалуйста»? – спрашиваю я, прикусывая себе щеку изнутри.

— Пожалуйста. – Он задевает губами мое ухо, и я покрываюсь мурашками с ног до головы.

— Ну, ладно.

Он толкает плечом дверь у себя за спиной, и мы заходим внутрь. Мне требуется дополнительное усилие, чтобы выбраться из его теплых объятий, но, освободившись, я вижу, как он защелкивает замок на двери уборной. У меня начинает сосать под ложечкой одновременно от волнения и от восторга, и я удивляюсь, зачем ему понадобилось, чтобы мы уединились. Наверное, не только для того, чтобы спокойно поговорить?

Броуди поворачивается ко мне лицом, и я совершенно не готова к тому, каким потемневшим взглядом он разглядывает меня в этом платье. Я надеялась, что оно ему понравится, но он его уже видел, и не буду врать, что эта мысль не крутилась у меня в голове целый день.

— Анна, какая красота! Да это самое прекрасное, что я видел за все свои двадцать восемь лет. А вовсе не просто «нормальное»! – признается он.

В его голосе так явственно слышится восхищение, что я теряюсь, глаза у меня жжет от навернувшихся слез, которые я не успеваю сморгнуть. Упоминание о начале нашей переписки оказывается последней каплей.

— Не плачь, – ласково говорит Броуди.

И тут же шагает ко мне и оказывается так близко, что наши тела соприкасаются. Он осторожно смахивает с моей щеки слезинку, не испортив макияжа. Другой рукой он обхватывает меня за талию, и его ладонь идеально ложится в ее изгиб.

— Нельзя доводить меня до слез красивыми словами, когда я расстроена из-за тебя, – шепчу я.

Он прикрывает глаза, и ресницы у него дрожат, а яркие голубые глаза неистово сверкают.

— Верно. Я вообще не хочу, чтобы ты плакала. Особенно из-за меня.

Я сосредотачиваюсь на дыхании и делаю глубокий выдох, чтобы успокоиться.