Королева на всю голову - Ольга Дашкова Страница 91

— Похищение? Но ты же сама к нему пришла!

— Это не имеет значения. Папа все равно найдет способ. Он всегда находит.

Алена встает и начинает нервно расхаживать по крошечной примерочной. Три шага вперед, три назад.

— Подожди, подожди, — она останавливается и смотрит на меня. — Где та Каролина, которая уговаривала меня бороться за свою любовь? Когда я думала, что Морозов мне не пара, что наши миры слишком разные, кто заставил меня не сдаваться?

От этих слов внутри все переворачивается.

— Все было по-другому…

— А как по-другому? — Алена садится передо мной на корточки и берет меня за руки. — Каро, ты же сама говорила мне: «Если любишь, борись. Не сдавайся, не прячься, не жалей себя». Где эта Каролина? Где та, которая ничего не боялась?

— Я боюсь за него, — шепчу. — Если папа узнает, что я все еще думаю о Богдане…

— Девочки! — голос мамы прерывает наш разговор. — Что вы так долго? Каро, примеряй уже второе платье!

— Сейчас, мама! — откликаюсь, торопливо вытирая слезы.

Алена помогает мне надеть второе платье — простое, элегантное, А-силуэта, как и хотела мама. Белый атлас облегает фигуру, подчеркивая талию.

— Каро, послушай меня, — шепчет подруга, застегивая молнию. — Ты не можешь просто сдаться. Не можешь покорно идти под венец с мужчиной, которого не любишь. Это же твоя жизнь!

— Но если я сбегу…

— Найдем способ его защитить. Морозов работает в полиции, у него есть связи. Мы что-нибудь придумаем.

Придумаем. Но что? Что можно придумать против папиной империи?

— Не знаю, Ален, — качаю головой. — Не знаю, получится ли…

— А ты попробуй! — она разворачивает меня к себе и смотрит прямо в глаза. — Ты же боец, Каро. Та самая девчонка, которая не сломалась в клубе, когда нас взяли в заложники. Та, которая потом помогла мне понять, что я достойна любви. Где она?

Выхожу из примерочной. Мама всплескивает руками:

— Вот оно! Вот то самое! Каро, ты в нем как принцесса!

Принцесса. Которую выдают замуж по расчету. Стою перед зеркалом, смотрю на свое отражение. В голове крутятся слова Алены.

«Где та Каролина, которая боролась за свою любовь?»

«Ты же боец, Каро».

Может, она права? Может, я действительно слишком быстро сдалась? Может, есть способ защитить и Богдана, и свое счастье?

— Ну что, берем? — спрашивает мама.

— Да, — киваю, но мыслями витаю далеко. — Берем.

Переодеваюсь обратно в свою одежду, выходим из салона. Охрана, как всегда, рядом — два здоровенных мужика в костюмах.

Мама садится в машину первой, Алена — рядом с ней. Я задерживаюсь, делая вид, что поправляю сумочку. Охранник терпеливо ждет, держа дверь открытой.

Сажусь на заднее сиденье, опускаю стекло — вдруг стало душно. Машина трогается с места, и я машинально поворачиваю голову, смотрю в окно.

И замираю. Нет. Это не может быть правдой.

На противоположной стороне улицы в тени подъезда стоит мужчина. Высокий, в темной футболке, знакомый силуэт…

Богдан.

Сердце делает кульбит. Это он. Точно он. Я бы узнала его из тысячи.

Что он здесь делает? Он следил за мной? Он приехал за мной?

Наши взгляды встречаются на долю секунды. Он смотрит на меня, и в его глазах такая боль, такая тоска, что у меня перехватывает дыхание.

Губы сами собой шевелятся, беззвучно произнося его имя:

«Богдан».

Машина набирает скорость, поворачивает за угол, и он исчезает из виду. Но этот взгляд, эта боль в его глазах…