Заложница дьявола - Аделина Жемчужева Страница 92

Я почувствовала, как ярость накатывает волной, сметая остатки страха. Я поднялась со стула, смотря ему прямо в глаза.

— Ах, вот как? И что ты мне сделаешь, Эмир? Заставишь спать под кроватью? Или, может, привяжешь к дереву в лесу? А может, решишь утопить меня в ледяной воде? — в моём голосе звучала насмешка, за которой скрывалось отчаяние.

Эмир разозлился так, что я впервые увидела его в таком состоянии. Его лицо исказилось гневом, а глаза вспыхнули опасным огнём. Он с силой отбросил свой бокал, который с грохотом упал на пол и разлетелся на мелкие осколки.

— Ты вообще понимаешь, с кем разговариваешь? — его голос звучал как раскат грома, и я едва удержалась от того, чтобы не отступить назад. — Ты смеешь ставить под сомнение мои решения? Ты живёшь в роскоши, пользуешься моими благами, и вдруг решила, что можешь диктовать мне, как править⁈

— Я не пытаюсь диктовать, — с трудом выдавила я, стараясь говорить ровно, хотя сердце стучало так сильно, что отдавалось в ушах. — Я пытаюсь помочь. Или ты настолько упрям, что даже это воспринимаешь как угрозу?

Он шагнул ко мне, и я почувствовала, как волна его ярости обрушивается на меня.

— Помочь? — его голос сорвался на саркастический смешок. — Тебе кажется, что прочитать несколько жалоб достаточно, чтобы управлять страной? Ты понятия не имеешь, что значит держать власть в руках!

— Может, и не имею, — парировала я, хоть голос предательски дрожал. — Но я знаю одно: власть — это не повод издеваться над людьми. Ты забыл, кто тыи ради чего стал королём!

Эмир шагнул ещё ближе, и теперь между нами оставалось всего несколько сантиметров. Его дыхание было тяжёлым, а челюсти сжаты так, что я думала, он сейчас сломает зубы.

— Ты слишком далеко зашла, Лилу, — прошипел он, склонившись ко мне так близко, что я почувствовала его горячее дыхание на своей коже. — Ты думаешь, что можешь бросать мне обвинения и решать, что я не справляюсь с работой? Ты даже решилась учить меня, как быть королём? Ты хочешь доказать, что ты лучше?

Я пыталась сохранять спокойствие, несмотря на ярость, бушующую внутри. Сердце бешено колотилось, но я не могла отступить. Не могла позволить ему подавить меня.

— Знаешь, — произнесла я тихо, но твёрдо, глядя ему в глаза, — Ты можешь пугать меня сколько угодно. Но это не изменит того факта, что твой народ недоволен тобой, а твои стражники творят беззаконие. Если ты не примешь меры, ты останешься один.

Его рука слегка дрогнула, словно он хотел схватить меня или оттолкнуть, но потом он сдержался. В его глазах мелькнуло сомнение, как будто мои слова проникли куда-то глубже, чем он ожидал.

— Так вот как ты думаешь? — усмехнулся он, но в его голосе звучала злобная нотка. — Ты узнала об этом из жалоб, прочитанных в письмах? Или ты всё-таки решишь, что это заговор? Например, от Аспера. Он бы с радостью устроил мне падение.

Меня передёрнуло от его слов.

— Аспер заслуживает быть на этом месте. И ты ненавидишь его только потому, что он не боится показать тебе твою слабость.

Сразу после этих слов я почувствовала, как воздух вокруг нас стал вязким от напряжения. Я поняла, что слишком далеко зашла, и этот взгляд его глаз… Он словно намеревался убить меня одним взглядом. Я сглотнула, но не могла отступить.

— Что ты сказала? — его голос был ледяным, и он повторил вопрос, словно ждал, чтобы я сказала всё снова.