Влюбиться в твою улыбку. Книга 1 - Цин Мэй Страница 94

— Развлекаешься? – с каменным лицом спросил Лу Сычэн. Девушка тем временем смогла выпрямиться, после чего соскочила с дивана и встала рядом с ним навытяжку.

— В смысле? – Тун Яо, изо всех сил пытаясь казаться спокойной, заправила волосы за ухо. – Я устала играть, взяла телефон, присела на подоконник. А ты зачем вдруг окно открыл? Я чуть не свалилась!

— Рядом стоит диван, а ты решила сесть на подоконник? – Лу Сычэн явно не собирался тратить время на всю эту болтовню. – Много ты успела подслушать?

— Да ничего я не подслушивала! Ну, услышала чуточку… – Она показала крохотный зазор между двумя пальцами. – Ты сказал, что у меня хорошая механика игры, есть чутье, я горю желанием добиваться результатов, днем с огнем не сыщешь… – Перечисляя это все, она не смогла сдержать улыбку. – И еще что я – драгоценный камень!

— !

Она кашлянула, убрала дурацкую ухмылку и спросила:

— Так это правда?

— Что?

Он уж было решил, что она спрашивает про все то, что услышала о мидере ТАТ, и никак не ожидал, что Тун Яо с такими сияющими глазами укажет пальцем себе на нос, что не хватало только фоновой музыки из мультика про пони:

— Ну, что я драгоценный камень… и все остальное.

— !!

Тун Яо говорила довольно громко, так что всем на базе было хорошо ее слышно. Сокомандники синхронно повернулись в ее сторону. Мин даже поставил на паузу запись матча, которую в это время смотрел. С ошарашенными лицами они уставились на девушку, которая стояла у подоконника, и на брата Чэна за окном.

— Что за хрень? – пробормотал Пухляш. – Вот только что отбились от сплетен о вас двоих, и тут вдруг она «драгоценный камень» и что там еще?

— Она внутри. Он снаружи. Это что за сцена из «Ромео и Джульетты»? – спросил Мин.

— Знаешь, брат Чэн, – сказал Кот. – Я вот с тобой уже столько лет играю, а ты меня вот так никогда не хвалил.

— Очнись, – хмыкнул Кей. – В сортире на подставке для ног твое место… Но, честно говоря, Чэн, это и вправду какие-то розовые сопли.

Лу Сычэн пару секунд молчал, потом попытался объясниться:

— Да это не то, что вы подумали!

Но ни один человек не поверил. Все продолжали смотреть на него по-прежнему, и через три секунды он просто махнул рукой:

— Ай, думайте что хотите. Кругом одни идиоты.

Он развернулся, чтобы уйти, и тут ему в спину прилетело от Пухляша:

— Ты что, застеснялся?.. Лед тронулся? Железное дерево зацвело?.. В сухостой весна вернулась? – Саппорт поцокал языком. – Это уже даже не розовые сопли, это гораздо хуже…

На самом деле Тун Яо и вправду услышала не все, о чем говорили капитан и менеджер, но позже в тот день они оба подошли к ней по очереди поговорить о мидлейнере команды ТАТ и о том, что он сделает все, чтобы подорвать в ней уверенность.

Сяо Жуй рассказал ей историю про Крутого Быка и попытался намекнуть, что А-Тай и с ней наверняка попытается провернуть то же самое: разгромить ее тем чемпионом, которым она играет лучше всего.

А Лу Сычэн был более прямолинеен: «Если захочешь отказаться, то еще не поздно. Никто не будет над тобой смеяться. Бегство – это стыдно, но зато эффективно».

От предложения бежать Тун Яо наотрез отказалась. В ее мечтах уже мелькал образ этакой прекрасной мстительницы, и она преисполнилась оптимизма. В конце концов, если с этим человеком все равно когда-то придется встретиться, то что толку бежать сейчас? Даже если ее разгромят – лучше уж сейчас, чем на важном соревновании, где от такого удара упадешь и не встанешь. К тому же… А вдруг она выиграет? Вот с таким позитивным настроем девушка и дождалась тренировочного боя.