Что-то на французском - Татьяна Грачева Страница 94

— Ты смотри, какой сегодня щедрый на комплименты. Деменцию мне спрогнозировал и старость пожалел.

— Куда едем?

— Куда хочешь.

— Давай в «Медузу».

Вот уж куда Данил не хотел сейчас возвращаться, но спорить не стал. В конце концов, на работу в «Фиалку» он тоже вернётся, а там воспоминания нахлынут ещё ярче.

По дороге Данил не заводил откровенного разговора, рассчитывал, что Ильяс сам расскажет, что у него происходит с Ришей, и не придётся вытаскивать из него слова клещами. Сегодня он выглядел дружелюбным и достаточно весёлым, может, в честь дня рождения не покусает. Если что, всегда можно прибегнуть к чисто родительскому нажиму и напомнить, что у него праздник, и можно хотя бы в этот день вести себя прилично.

Мысли о Сашке немного отступили и оформились в неприятную истину: она не планировала продолжения. В любом случае, если захочет его найти, то она знает и про «Фиалку», и где живёт его мама. Но, скорее всего, этого не случится. Она просто сбежала, а прошлое пусть останется в прошлом.

— Пап, ты чего кривишься?

— Голова гудит.

— Кто-то вчера хорошо погулял?

— Ага, пойдём пить кофе.

Поднялись на второй этаж и заняли место у окна. Сделав заказ, одновременно уставились на море. Ильяс не торопился откровенничать, и Данил не выдержал:

— Валя тебе сильно нравится?

— Не сильно.

— Сильнее Риши?

Ильяс нахмурился, стянул тканевую салфетку со стола и принялся закручивать в рулон.

— По-другому. — Он фыркнул. — Кстати, я спросил у Вали про три желания. Она сказала, что загадала бы стать всемирно известной певицей, есть и не толстеть и чтобы друзья были только настоящими, а не поддельными.

— А Риша что загадала?

— Она так и не ответила. После Нового года у нас холодная война. Но я вообще не понимаю, что происходит. С Евгением она не встречается, он вроде снова с Ирой. Зачем тогда они целовались?

— А с Тоней что?

Принесли заказ, и Ильяс ответил не сразу. Дождался, когда официантка уйдёт подальше, и продолжил:

— А у Тони, оказывается, есть парень. Он сейчас в армии, но вернётся в конце весны. Так что там вообще полный обломинго.

— Ты сам говорил, что она мемовница, — напомнил Данил, мысленно вычёркивая Тоню из списка. На одну головную боль меньше. — Ты мне главное скажи, Ришу ты до сих пор любишь или нет?

— Я теперь не знаю, что делать с Валей. Мы вроде встречаемся.

Данил подметил, что Ильяс не ответил прямо.

— Целовались?

Ильяс кивнул.

— Я, она… она приятная. Меня к ней тянет чисто физически. Ну, ты понимаешь.

— К сожалению, понимаю. Не наделай глупостей, пожалуйста. Думай головой.

— Думаю, — пробурчал Ильяс. — Не было у нас того, о чём ты так переживаешь.

— Проставляешь Ришу, когда целуешь Валю?

Повисла тишина. Ильясу не пришлось отвечать, Данил и так понял по его лицу.

— Значит, великий план вальсировать с ней на Балу пионов всё ещё в силе. Но с Валей нужно расстаться.

— Не представляю, как это сделать и не обидеть её, — признался Ильяс. — Я и так постоянно говорю, что занят, а она всё равно пишет и просит увидеться. Вот бы не было того первого поцелуя на четырнадцатое февраля. Всё осталось бы как раньше, я бы сейчас снова общался с Ришей и провожал после занятий по физике. Мне казалось, я ей нравлюсь, и всё получится.

— Ильяс, только не расставайся в сообщении и не пропадай, типа само рассосётся и Валя поймёт, что это конец. Будь честным. Скажи как есть, лично.