Плохая фанатка - Тесса Бейли Страница 96

От закравшегося сожаления Джозефину спасли шаги, послышавшиеся снаружи. Разумеется, она тут же представила, что пришел Уэллс, и сердце бешено заколотилось. Очередное доказательство, как сильно она по нему скучала, – будто прошлой недели ей было недостаточно.

Но вместо него в дверях появились Джим и Эвелин.

Усилием воли Джозефина подавила разочарование, которое лишь усилило чувство вины.

— Мама. Папа. – Она отложила упаковку чистящих салфеток, которую держала в руках, и подошла к ним. Родители тут же утянули ее в объятия. – Простите, что не заехала. Хотела привести магазин в порядок, чтобы вам не пришлось смотреть на кавардак.

Эвелин погладила ее по спине, крепко прижимая к себе.

— Никто не заставляет тебя ограждать нас от неприятностей, Джоуи.

Ой-ой.

Этот тон она знала. Ласковый, но с заметной обидой.

Выдохнув, Джозефина отступила и взглянула на родителей. Как и всегда, они не пытались открыто ее пристыдить, но смотрели с досадой и огорчением. Честно сказать, она заслужила такой реакции: сама неделю отсиживалась в Палм-Бич, лишь бы не нарваться на Разговор с большой буквы.

— И за все остальное тоже простите. Не только за то, что не приехала сразу. – Хотелось потереть шею, но у нее были грязные руки. – Не знаю, что конкретно вы слышали, потому что я так новости и не посмотрела, но… вы, наверное, и так уже поняли, что я пошла к Уэллсу, чтобы… чтобы мы могли восстановить магазин.

— Лучше бы ты сразу сказала, Джоуи, – тихо заметил Джим. – У нас есть сбережения. Не обязательно было взваливать на себя такую ответственность.

— Но я же по собственной воле! – поспешно заверила Джозефина. – Мне нравится ответственность. Знаю, вам теперь сложно мне доверять, но я обязательно отстроюсь! Даже лучше, чем было! Правда. Я не повторю своих ошибок.

Эвелин вздохнула.

— Ты же понимаешь, что мы не из-за магазина волнуемся. – Она запрокинула голову к потолку, часто моргая, будто сдерживала слезы. – А из-за тебя. Ты диабетик. Тебе нужна медстраховка. Это ведь не какая-то блажь…

— Знаю, мам. Пожалуйста, можешь мне просто поверить? – Джозефина решила, что лучше успокоиться, чем остаться чистой, и все же потерла шею. – Я справлюсь. И со страховкой, и с магазином. Постепенно.

— Как мне тебе верить, если ты нас обманула?

— Ну, не совсем обманула, – вмешался Джим. – Просто не рассказала все до конца.

Джозефина выдохнула.

— Спасибо, пап.

Тот, буркнув что-то, прошелся по магазину.

— У тебя все есть? Датчики для монитора глюкозы? Инсулин?

— Да. Сейчас мне всего хватает, а потом я уже оплачу страховку. Я не…

— Не экономишь? – выплюнула мама. – И не надо! Мы лучше дом продадим.

— Я знаю! Знаю. Поэтому я вам ничего и не рассказываю, – выпалила она и тут же пожалела об этом, но родители уже уставились на нее, изумленные, и слова повисли в воздухе. Выбора не оставалось: нужно было все им объяснить. Вздохнув, Джозефина перевернула ящик, в котором таскала чистящие средства, и тяжело села. – Проблемы с магазином – это одно, а диабет – совсем другое. Я уже взрослая. Я могу сама разобраться. Это мне приходится жить с болезнью. Она моя. Мне не нужны сиделки, потому что так мне сразу начинает казаться, будто я… будто я без них не справлюсь. Будто я какая-то немощная. А это не так. Я сильная.