Королева на всю голову - Ольга Дашкова Страница 98

Значит, сегодня. Они ударят сегодня.

«Вызывай ОМОН. Прямо сейчас», — набираю я в ответ.

«Без санкции не могу. Нужны доказательства».

«Доказательства будут, когда начнется стрельба. Действуй!»

Убираю телефон, смотрю на тех четверых мужчин. Они разошлись по территории: один у служебного входа, второй возле фуршетных столов, третий у парковки, четвертый… где четвертый?

Окидываю взглядом территорию. Вижу его — стоит у ледяной скульптуры, что-то поправляет. Наклоняется, возится с основанием.

Что он там делает?

Напрягаю зрение. Он достает из кармана что-то маленькое и прикрепляет к основанию скульптуры. Затем отходит и оглядывается.

Взрывчатка. Он заложил взрывчатку.

По спине бегут мурашки. Они не собираются похищать невесту по-тихому. Они устроят взрыв, панику.

Нет. Этого не будет. Достаю телефон, звоню Сереге.

— Взрывчатка. У ледяной скульптуры. Вызывай саперов, ОМОН, всех, кого сможешь. Прямо сейчас!

— Богдан…

— ПРЯМО СЕЙЧАС!

Сбрасываю звонок. Смотрю на часы. Пять пятьдесят. До церемонии десять минут. Начинает играть музыка. Свадебный марш. Гости встают и поворачиваются к дому.

И вот она выходит. Каролина.

В белом платье, с фатой, с букетом в руках. Рядом отец — Арам Саркисян, в строгом костюме. Она идет по красной дорожке к арке. Медленно, словно на казнь. Лицо бледное, улыбка натянутая.

Моя девочка. Моя королева.

А я стою за елями и ничего не могу сделать. Только смотрю, как она идет к другому мужчине. Как отец ведет ее к жениху с идеальной улыбкой.

Десять минут. Через десять минут будет взрыв. И тогда… тогда я действую.

Глава 38 Богдан

Сейчас или никогда.

Каролина медленно идет по красной ковровой дорожке, словно каждый шаг дается ей с трудом. Она ослепительно красива в свадебном платье. Отец ведет ее под руку, его лицо непроницаемо, как каменная маска.

А я стою за елями и считаю секунды. Пять пятьдесят восемь. Пять пятьдесят девять. Шесть ноль-ноль.

Взрыв должен произойти в тот момент, когда она скажет «да». Когда регистратор спросит: «Согласна ли ты, Каролина, взять в мужья…» — она кивнет, потому что у нее нет выбора.

Вот тогда эти суки и нажмут на кнопку.

Паника, дым, крики. В суматохе ее схватят и увезут. А отец заплатит любые деньги, лишь бы вернуть дочь или вообще остаться самому живым. Или, может быть, это вообще акция устрашения, нацеленная на уничтожение всех.

Но этого не будет. Потому что я здесь. Каролина подходит ближе к арке. Еще десять шагов. Восемь. Пять.

Смотрю на ледяную скульптуру — лебеди переливаются на солнце, красивые, изящные. А под основанием — пластит. Может, полкило, может, больше. Достаточно, чтобы разнести все в радиусе пяти метров.

Достаточно, чтобы покалечить ее или вообще убить.

Каролина останавливается у арки. Отец целует ее в лоб и передает руку жениху. Парень улыбается и берет ее за руку, а я делаю шаг вперед.

Выхожу из-за елей. Лукьянов, ты покойник. Но какого черта…

Бегу к скульптуре. Ноги несут меня быстро, как в молодости, когда я сдавал нормативы для спецназа. Гости оборачиваются, кто-то вскрикивает, все смотрят на меня.

Хватаюсь за края тележки, на которой стоят лебеди. Тяжелая — килограммов сто, не меньше. Лед, металлическое основание, сама тележка.

Плевать.

Толкаю изо всех сил. Тележка срывается с места, колеса скрипят. Я везу ее через лужайку, прочь от арки, прочь от Каролины.