Мне. Ее. Нельзя - Ольга Дашкова Страница 99

Не понимаю, как жила до этого, на самом деле как глупая Барби, думала о шмотках и как бы вырваться из-под опеки папы. Вырвалась, хлебнула сполна, чуть не погибла, да и Сашу с отцом подставила. Но все обошлось, и я нашла свою любовь, своего мужчину, от которого уже никогда и никуда не вырвусь.

Я уже была готова согласиться на авантюру мужа, как в дом вошел высокий, темноволосый и крепкий мужчина в короткой дубленке. Колкий взгляд прошелся по нам, я напряглась, а вот Саша улыбнулся.

— Вот вы где, я вас потерял.

— Папа, мы здесь, все хорошо. – Ангелина, как самая старшая из детей, сказала за всех, подбежала к мужчине, он приобнял ее.

Не думала, что такие мужчины способны на нежность и любовь. Он снова мазнул по мне взглядом:

— Игнат, мы ждем вас позже на ужин встречать Новый год.

— Хорошо, мы придем. Что-то не так, Захар?

Вот не дай бог «что-то не так», я не хочу портить каникулы, к тому же сегодня Новый год.

— Все так, как надо, Игнат, даже сам не верю.

— Аналогично.

— Ты действительно Покровская?

— Нет, я Игнатова. – Я ответила уверенно, смотря в глаза Захару.

Тот ухмыльнулся, подмигнул:

— Да, вижу, вижу, кто ты. Просто было интересно, как это вы так встретились, да еще Игнат столько лет в секрете тебя держал.

— Это, Захар, долгая история, но я тебе ее не расскажу, и не проси.

Мужчины засмеялись, Захар помог сыну одеться, они вышли, Тимофей подбежал к нам, и Саша подхватил его на руки:

— Ну что, мой сын ждет в подарок под елку от Деда Мороза?

— Пистолет, – весело ответил Тимофей.

Я закатила глаза и показала мужу кулак.

— Извини, сын, но у тебя нет лицензии на огнестрельное оружие, придется Деду Морозу подождать до ее получения.

— Мм…

Тимофей расстроился и посмотрел на меня.

— Ничего поделать не могу, извини, таковы суровые правила.

— Но Дед Мороз что-нибудь придумает.

— Да, что-то более безопасное.Тим, давай ты пока посмотришь мультики, а мы с мамой на кухне приготовим всем нам какао с зефиром.

Тимофей на удивление быстро согласился, потому что ему пообещали не только мультики, но и салют вечером, а Игнат потащил меня на кухню, развернул, прижал к кухонному острову и задрал подол платья.

— Вот же черт, это, по-твоему, трусы? – Муж шлепнул меня по попке, ему всегда нравилось мое белье, а я специально выбирала самое сексуальное.

— Это очень красивые и дорогие трусы, Саша… мм… Что… что ты…

— Хочу свою молодую и красивую жену. Очень хочу.

Прикусила губу, когда он, спустив кружевные трусики, прошелся пальцами по промежности.

— Уже мокрая, моя девочка. Скоро до инфаркта меня доведешь.

Хотелось стонать в голос, но я сдерживала себя, раздвинула ноги, открывая доступ больше, услышала звук расстегивающегося ремня и ширинки. Саша схватил меня за плечи, начал целовать в шею, вошел в меня членом медленно и глубоко. Внутренние мышцы сжались, он прохрипел, начал двигаться, за стеной сын смотрел мультики, а я текла на члене своего мужа от желания.

Вцепилась пальцами в столешницу, принимая толчки Игната, насаживаясь на его член сама, спина покрылась потом, прикрыла глаза, во рту пересохло.

— Еще… еще… да…

Шептала, но Саша понимал, вонзаясь в мое тело сильнее, именно так, как мне было необходимо. Та рука, что удерживала меня за талию, спустилась ниже, Саша накрыл промежность, начал ласкать клитор, а я чуть не завыла от удовольствия.

Оргазм накрыл волной, тело завибрировало, а я, сдерживая крик, зажала рот ладонью, чувствуя, как Саша напрягся, как его толчки стали более яростными, вызывая легкую боль на контрасте с наслаждением. Почувствовала, как он начал кончать, как увеличился внутри меня, как теплая сперма потекла по бедрам.

— Точно меня до инфаркта доведешь, – прошептал, целуя в висок, сжимая чувствительную грудь.

— Тебе нельзя до инфаркта, тебе еще детей растить.

— Детей? Каких детей?

Сама отстранилась, одернула подол платья, обняла мужчину за шею, поднялась на носочки.

— Ты хотел девочку, вот девочка и будет, – прошептала на ухо, улыбаясь,

Саша сжал сильнее пальцами мою талию, даже дышать перестал, а сердце в груди забилось часто-часто.

— Ты…

— Нет, это ты, а я пила таблетки.

— Это правда? – Голос Игната дрожит, а мне самой хочется плакать. – Моя любимая девочка. Что ты делаешь со мной?

— Люблю, как и ты меня.