Отречение - Алиса Клима Страница 104

— Люблю курицу, – сказал он.

Ларионов вспомнил отвращение Веры к еде, которой угощались энкавэдэшники в лагере, и впервые разделил ее чувства в полной мере. Он положил на тарелку несколько мясных закусок, но никак не мог начать есть. Наконец силой заставил себя откусить от колбасного кружка и стал медленно жевать хлеб.

— Я слушаю, – сказал Берия как бы между прочим, чавкая и наслаждаясь обедом. – Какую антисоветскую деятельность вы ведете?

Ларионов начал получать от этого разговора мазохистическое удовольствие.

— Я не веду никакой антисоветской деятельности, – ответил он.

— Вы против лагерей?

— Нет.

— А ваши товарищи так не считают.

— Я никогда не обсуждал ничего подобного с коллегами.

— Вы умнее, чем я думал.

— Так и есть, – сказал Ларионов, внутренне усмехаясь собственной игре слов.

Берия остановился, не сводя глаз с Ларионова, а потом рассмеялся плотоядным смехом.

— Из вас бы получился отличный игрок в шахматы! – сказал он.

— К сожалению, солдатская жизнь научила меня лишь игре в карты, – ответил Ларионов, вспомнив, что «шахматы ему – они вождям полезней» [21].

— Вы любите выигрывать.

— Любой солдат должен любить выигрывать.

Берия впервые посмотрел на Ларионова с уважением, без фиглярства.

— Откуда же такие сведения? Нет дыма без огня.

— Согласен, Лаврентий Павлович. Я полагаю, эти мнения могли возникнуть в связи с моим последним исследованием.

Берия посмотрел на Ларионова поверх очков.

— Что вы исследовали? – спросил он с оттенком появившегося делового интереса.

— Работу лагеря, показатели, производительность, системные процессы и связи…

— И? Общий вывод.

— Лагпункт не окупает расходы… Мне кажется, что можно было бы повысить эффективность.

— Как?

Ларионов достал из мешка и положил бумаги на стол.

— Здесь все подробно изложено.

— На словах, – сухо сказал Берия. – Бумаги прочту позже.

— Механизация труда, диверсификация норм и форм труда исходя из физических показателей работников…

— Жизнь преступникам хотите облегчить?

— Есть взаимосвязь между эффективностью и мотивацией. У многих людей нет сил и здоровья работать. Они гонят туфту. Наказания действуют недолго и не приносят ожидаемых результатов. Ведь конечный результат измеряется производительностью труда. Или я неправ?

— В общих работах много немощных, – сказал Берия. – Старые евреи много леса не напилят. – Берия рассмеялся, но немного грустно.

— Иногда небольшие изменения ведут к большим переменам, – осторожно сказал Ларионов.

— Вы предлагаете их отпустить? – спросил Берия.

— Я предлагаю провести тщательную оценку каждого вопроса, чтобы понять, что необходимо изменить и как, чтобы хотя бы покрыть себестоимость их содержания в ИТЛ.

— Вы избегаете прямых ответов.

— Нет. Но думаю, что только прямые ответы не объяснят, как решить проблему в масштабах страны. – Ларионову было неприятно лгать. Он действительно считал, что многих надо просто распустить по домам. – И вряд ли старые немощные евреи, неспособные валить лес, способны на какие-то другие активные действия, представляющие опасность для нашей страны, – не выдержал он. – Вот прямой ответ.

— А Ленин?

Ларионов поперхнулся.

— Ленин? – Ларионов чувствовал, что находится на грани истерического хохота.

— Да. Он смог перевернуть жизнь всей нации, всего мира со своим ветхозаконником Лейбой Бронштейном [22] и Зиновьевым – соперником этой старой курицы Крупской. Вы знаете анекдот на эту тему? – закончил Берия азартно.