Отречение - Алиса Клима Страница 130

Ларионов взял продукты, которые накупил в гастрономе, и спустился вниз, где на улице его поджидал Левчук – курчавый, высокий рыжеволосый парень с добрым широким лицом и умными глазами, похожими на темные маслины.

— Слушай меня внимательно, – говорил быстро Ларионов, когда они двинулись к Арбату. – Мы идем в дом моих старых друзей. Но я не могу по ряду причин появиться у них лично. Они также не должны знать, что тебя послал майор Ларионов. Имя мое не должно упоминаться ни при каких обстоятельствах. Ясно?

— Так точно, товарищ майор, – ответил Левчук исправно. – Можете на меня положиться.

— Я полагаюсь, – мрачно сказал Ларионов, – потому что у меня нет иного выхода, и ты сильно навредишь одному хорошему человеку, если не выполнишь все, как я прошу.

Левчук серьезно кивнул.

— Дочь тех, к кому мы идем, отбывает в лагере срок по пятьдесят восьмой, – сказал Ларионов и внимательно посмотрел на Левчука.

Левчук молчал и продолжал кивать.

— Ты можешь не идти, – вдруг добавил Ларионов.

Левчук задумался и замигал.

— Я смогу пойти, товарищ майор, – ответил он уверенно. – И это останется между нами.

— Спасибо. – Ларионов похлопал его по плечу. – В том, что я делаю, нет секрета. Но эти люди не должны знать обо мне – так надо. Это – главное. Ты придешь и скажешь, что гостинцы тебя попросили передать друзья Веры. Вера – дочь Алины Аркадьевны, которую тебе надо повидать. Нет, скажи, что сам купил. Затем расскажешь, что у Веры все хорошо и что скоро твой товарищ едет в лагерь и может доставить Вере письмо и все что угодно. Попроси, чтобы они написали записку, в которой обязательно упомянут, что отправляют ей посылку. Объясни, что в письме лучше не перечислять, что именно передают, чтобы у офицера, который увидит Веру, не было неприятностей. Но в письме они должны называть ее Ириной! В остальном постарайся действовать по ситуации и не выдай меня. Как понял?

— Вас понял, товарищ майор, – протянул Левчук с улыбкой. – Все будет по высшему разряду. Даже не сомневайтесь!

Они дошли до Вахтанговского переулка и остановились. Мимо, запрудив дорогу, маршировал большой отряд пионеров, распевающих «Взвейтесь кострами, синие ночи…». Они весело салютовали Ларионову и Левчуку, машинально взявшим под козырек.

Ларионов сказал, что будет ждать Левчука в переулке напротив – там был небольшой трактир, в который, как думал Ларионов, не могли зайти жители дома номер двенадцать. Он объяснил Левчуку, что делать и как разыскать Александровых, и приказал в случае, если никого не будет дома, вернуться в трактир, ничего не объясняя хозяевам или соседям. Он также подробно еще раз объяснил, что Левчук должен встретиться с Алиной Аркадьевной, матерью заключенной. А если ее сестра Кира окажется дома одна, обещать вернуться и узнать, когда сама Алина Аркадьевна будет дома.

Левчук все подтвердил и отправился в дом номер двенадцать. Вскоре он отыскал квартиру Ясюнинской, позвонил в дверь и, поспешно зажав пару свертков между ног, бойко подтянул гимнастерку и пригладил рыжие вихры под фуражкой.

Дверь открыла Кира.

— Здравствуйте. Вы к кому? – спокойно спросила она.

— Здравия желаю… Я к Алине Аркадьевне Александровой, она дома? – вкрадчиво и взволнованно спросил Левчук, чувствуя внезапно вину за ту ложь, которую должен был говорить.