Мир глазами Тамы - Кэтрин Чиджи Страница 132

Они с Марни начали петь, и я, как хороший мальчик, честно играл свою роль, поклевывая щеку Марни в нужных местах. «Я в тебе, чмок-чмок (клюк-клюк), души не чаю, на бушель и на пек тебя я обожаю, за шею обнимаю…»

Барбара снимала нас на телефон Анжи, одними губами проговаривая каждое слово песни: «Моя любовь как целая копна, и даже когда сплю, шепчу я про тебя, от счастья ошалела, как мне овец пасти, когда я твою руку не в силах отпустить». Телекамера тоже следила за нами, а Ник хлопнул Роба по плечу:

— Ох и хороша у меня жена!

Другие мужчины тоже продолжали кричать, даже когда мы закончили:

— Ртами у вас здорово получается, талантливо! Поклонитесь! Ниже! Ниже!

Я видел Ника, который сперва аплодировал, а потом рупором приложил руки ко рту и завопил. Роб тоже хлопал, но мне не нравилось выражение его лица. Жесткий взгляд, жестко сжатые губы. Мне совсем это не нравилось.

Когда мы спускались со сцены и пробирались к Робу через толпу, женщины пытались дотронуться до меня, но мужчины норовили схватить за что-нибудь Марни и Анжи, прижаться к ним, мимолетно, как бы случайно, коснуться ляжки, или ягодицы, или бюста.

— Ну, – Анжи остановилась перед Ником и снова слегка вильнула бедрами, – как тебе?

— Вы были невероятны! – сказал он. – От обеих глаз не отвести. Мы, Роб, с тобой счастливчики, точно?

— Да, счастливчики, – сказал Роб. Жесткие глаза. Жесткий рот.

Телекамера снова нашла нас и не сводила своего пустого черного глаза.

— Тебе понравилось? – спросила Марни, изучая лицо Роба.

— Конечно, – сказал он.

— Правда?

— Очень понравилось. – Он поцеловал ее в щеку.

— Ой, да ладно тебе, поцелуй ее как следует, – сказала Барбара, которая все еще снимала на телефон Марни, но Роб покосился на него, на телевизионную камеру и сказал:

— Я уж лучше подожду, пока мы останемся наедине.

— Ну, Мар, значит, вечером берегись! – сказала Анжи.

«Итак, друзья, – заговорил Бог, – вот мы и добрались до последнего соревнования фестиваля: до конкурса “Сильный удар”. Прошу всех участников выйти на арену».

Роб без единого слова ушел.

— Он просто нервничает, – сказала Марни. – Сейчас ему надо выиграть.

Я должен был сказать что-то. Должен был предупредить ее насчет глаз Роба, рта Роба. Как она только могла не заметить?

— Говорила же, ему понравится, – сказала Анжи, а Марни улыбнулась и кивнула.

Потом взяла у Барбары свой телефон и выложила в сеть наше выступление.

В «Сильном ударе» соревновались восемь человек, они выступали по очереди.

«Этот конкурс немного отличается от остальных, – сказал Бог. – У каждого участника есть две минуты, чтобы разрубить бревно под ногами, и победит тот, кто сделает при этом наименьшее число ударов. Настоящее испытание силы, друзья мои. Номер первый – Джейс Камо».

Подбородок Со Шрамом взобрался на свое бревно, и, пока рубил, толпа отсчитывала удары вместе с Богом: «Раз, два, три, четыре…»

Роб не считал. Он даже не смотрел на Подбородка Со Шрамом. Он смотрел на Марни. Жесткие глаза. Жесткий рот.

«Двадцать два, – сказал Бог. – Учитывая предыдущие соревнования, он не сможет претендовать на “Золотой топор”, но вдруг ему суждено стать мистером “Сильный удар”? Посмотрим, как справятся остальные участники».

— Я боюсь обгореть, – сказала Марни, щурясь на небо. – Надо переодеться.