Ледяной змей - Виктория Дьякова Страница 14

— А как же чип и клеймо? – растерянно спросила Барановская.

— Недобросовестных ветеринаров хватает. – Аня только покачала головой. – За деньги сделают все, что угодно. Надо проверять вашего Гришу. Когда поставлено клеймо, анализы брать. У Королевой наверняка был свой ветеринар. Надо показать ему Гришу. Что он скажет?

— Мне как-то и в голову не пришло. Нашелся и нашелся – хорошо. Все мысли о Нике были. Я и подумать не могла, что собака может быть подставная. Я сейчас же поеду домой и вызову Аркадия Павловича. – Барановская резко встала. – Это ветеринар, который вел Гришу. Чтобы он его осмотрел.

— Это обязательно, – согласилась Аня. – Но сначала надо закончить с формальностями. Если вы нас нанимаете, надо заключить договор. Мы все уже подготовили, осталось только внести данные. Сейчас Максим все сделает. Возьми паспорт, – попросила она Ващенко. – А мы пока продолжим. Присядьте, – добавила она мягко. – Надо еще уточнить некоторые детали.

— Да, да.

Барановская опустилась в кресло и, чиркнув зажигалкой, закурила новую сигарету.

— Если вы пришли к нам, вероятно, у вас есть какие-то соображения, – продолжила Аня. – Вы кого-то подозреваете? У Ники были враги?

— В нашем деле врагов – хоть отбавляй. – Барановская вздохнула. – Особенно женского пола. То костюм порежут перед выступлением, то толченого стекла в туфли подложат. Женщины, вы знаете, они и злее мужиков и беспощаднее в конкуренции.

— Когда вы с Никой виделись в последний раз перед ее гибелью?

— Утром на фотосессии. В Пассаже пиджаки и топы Цветковой из новой коллекции демонстрировали. Потом разъехались по своим делам. Договорились созвониться вечером.

— Как вам показалась Ника? Она была чем-то расстроена? Опасалась чего-то?

— Расстроена была, – подтвердила Виолетта. – Гриша же пропал. Ей постоянно волонтеры звонили, сообщали, как идут поиски. Еще Красовский орал, чтоб это все – после съемок. Мол, выбивают из образа. Но Ника на него внимания не обращала. Знала, что она у него – прима. Никуда он не денется. Без нее не обойдется.

— Здрасьте. Можно?

Дверь открылась – на пороге показалась девушка в полицейской форме.

— Калмыкова Юлия Анатольевна, – представилась она. – Мне бы Анну Снегиреву…

— Это вы от Суворова?

— Простите.

Анна встала и подошла к девушке.

— Снегирева – это я. Да, Суворов мне звонил. Вы пока подождите в коридорчике, – попросила она. – Там присесть можно, кофе попить в автомате. Мы сейчас со свидетелем закончим. И я вас приглашу. Хорошо?

— Да, конечно. – Калмыкова вышла.

— А это кто? – Максим уставился на Аню, явно озадаченный. – Кто такая?

— Наша практикантка, – сообщила Аня. – Суворов навесил. Не могла ему отказать. Собиралась тебе еще вчера рассказать, но вылетело из головы. Я и сама про нее чуть не забыла. Студентка школы полиции, племянница, кстати, большого начальника.

— Этого еще не хватало. – Максим присвистнул. – Она у нас в чем практиковаться будет?

— Сама не знаю. – Анна пожала плечами. – В чем получится. Посмотрим. Но нам очень надо со следователями по делу Королевой контакт наладить. Суворов обещал помочь. Он там кое-кого знает. Ты договор подготовил? – Она подошла к рабочему столу. – Распечатывай.

— Сейчас подпишем, – сообщила, возвращаясь к Барановской. – Так, значит, вы виделись утром, – продолжила беседу, снова усаживаясь напротив фотомодели. – Вечером созванивались?