От войны до войны. Потаённые смыслы эпохи - Анатолий Салуцкий Страница 237

Быстро шагнул к ним, воскликнул:

— Дмитрий, вот это встреча! Какими судьбами? – Середовой удивился, поручкался с Терентием. – А у нас тут родственная могила. Ферапонт Кирьяныч Меланин. Великий человек прошлых веков.

Дмитрий подошёл к надгробию, прочитал эпитафию.

— Надо же, мы каждый год точно в этот день, по традиции, прибираем наше, родственное, а ни разу этот знатный памятник не осмотрели. Отец, глянь!

Подошёл пожилой, степенно представился:

— Кедров Кондрат Егорович.

— Дмитрий – наш новый сосед в Батурине, – бросился объяснять Терентий ничего не понимавшим спутникам. – С Алёшина бугра. Сколько ты лет у нас? С конца девяностых или раньше?.. – Повернулся к Кедрову. – Мы все по крови меланинские, пришли великого земляка почтить.

Впрочем, долго балаболить Терентий не стал, верховодство требовало действий, и он перешёл к делу:

— Мы-то без оснастки прибыли, а у вас, гляжу, ведро есть. Может, мы его арендуем? – Кивнул в сторону девушки. – Где воды взять, она подскажет?

— О чём речь! – отозвался Дмитрий. – Алёна, когда управишься… А у вас кто этим делом займётся? – Посмотрел на Ферапонта. – Он?

Терентий, окончательно вошедший в роль коновода, воскликнул:

— А ты знаешь, как этого добра молодца зовут? Ферапонт! Правнучатый племянник, не иначе.

Но тут в разговор вступил Кедров.

— Вы все москвичи?

— Ни одного! Я из Батурино, он из Питера, а эти, отец с сыном, из Малаховки. Сто лет не могли кучей собраться, каждый в своих делах. Сговорились на вчера, а у этого, у Ферапонта, в Малаховке авария на теплосетях. Чудом сегодня удалось сгрудиться.

— Я у Дмитрия на Алёшином бугре бывал, место не рядовое, обзорное. Вы рядом живёте?

— Да ведь дом тоже у Меланиных куплен. В Батурино все Меланины. А вы, судя по могилке родственной, москвичи?

Кондрат не спеша начал излагать свою обскую родословную, а Дмитрий помахал рукой Алёне – иди сюда. И когда подошла, сказал вполголоса:

— Покажи ему… – кивнул на Ферапонта, – где набрать воды. И ведро подари.

Когда они вернулись, Ферапонт сразу взялся за дело. Неугомонный Терентий, ехавший на восклицаниях, взбодрился:

— Смотри-ка, в резиновых перчатках! Шустрый малый, успел купить.

— С ведром подарили, – отмахнулся Ферапонт.

Вскоре Кедровы распрощались, со своей родственной могилой попрощались и отбыли. А Меланины ещё долго дивились неожиданному подспорью. Но на выходе с кладбища возник практический вопрос: Терентий, как обычно, провёл пробу отопления в доме, а система барахлит, надо купить нужную деталь. Где магазин сантехники?

И тут в разговор вмешался Ферапонт: что барахлит, какая нужна деталь? И выслушав жалобы, вынес вердикт о бесполезности частичной починки; судя по «симптомам», надо с вашей отопительной системой разбираться основательно, возможно, придётся ставить дополнительный бачок для воды. Очень грамотно вы летом пробную топку учинили, такие дефекты выявили, что зимой могли батареи заморозить.

А в ответ на растерянные охи-ахи Терентия предложил:

— Тут вот какое дело… В августе у меня отпуск. Могу к вам припожаловать да подремонтировать, это моя специальность. Но… тогда уж придётся весь отпуск в Батурино провести. Примете?

Старший Журба так удивился, что тоже не обошёлся без восклицания:

— Ты же в Анапу собирался! Вчера вечером, когда с аварии явился, заявку на бронь в отеле отправил.