Да здравствует жизнь! - Софи Жомен Страница 27

На это раз я не ставлю никаких грандиозных целей, но… кто знает.

Элиотт выходит из спальни в шортах и оглядывает меня с головы до пят.

— Я красивая?

Как будто, чтобы бегать, нужно быть красивой… Но мне всегда нужно ободрение, без него никуда.

— Красивая, только в этих спортивных штанах ты умрешь от жары.

— Это единственное, что я могу себе позволить.

— Тебе было бы легче в шортах…

— Слушай, я смогла убедить себя побегать, не надо требовать от меня еще и луну с неба!

Элиотт с удовольствием готов составить мне компанию, но от последнего замечания морщится, потому что не понимает меня – впрочем, как и почти всегда. Однако он знает: лучше меня не дразнить, иначе я в мгновение ока могу передумать.

— У меня приличный вид, точно? Я не похожа на слона?

Элиотт качает головой и улыбается.

— Нет, солнышко, ты похожа на девушку, которая собралась на пробежку. Давай, пошли!

Еще не слишком жарко, и мы решаем бежать вокруг озера в парке Сен-Пьер. Я всегда любила это место – зеленое, огромные деревья дают густую тень, и находится все это великолепие в каких-то двух шагах от нашего дома!

Вперед, начали!

Еще очень рано и в парке нет никаких толп – то что нужно. Мы немного разминаемся и переходим на бег.

Ситуация просто эпическая: я надела плохой бюстгальтер, и моя совсем маленькая грудь второго размера подпрыгивает чуть ли не до самого горла. Это невыносимо, к тому же я просто подыхаю от жары, но все-таки нахожу в себе силы продержаться хотя бы десять минут.

С пылающими щеками, мокрая, как Чарли Инглз[24] после колки дров, я останавливаюсь, наклоняюсь вперед и, держась за бока, тяжело отдуваюсь.

— О, да это совсем неплохо! В следующий раз пробежишь пятнадцать минут, потом двадцать, и вот увидишь – тебе даже понравится! – горячо убеждает меня Элиотт.

Размечтался! Сам-то свеж, как огурчик. Меня это нервирует… Наверное, он сжег не больше пятидесяти килокалорий – бедняга был вынужден бегать со мной в стариковском темпе.

— Пить хочешь?

Он протягивает мне фляжку с водой, которую не выпускал из рук во время пробежки, и широко улыбается.

— Можешь собой гордиться.

— Не уверена, что захочу это повторить, у меня колени не выдержат…

— Наоборот, колени скажут тебе спасибо! Погуляем по парку, чтобы отдышаться?

— Ты серьезно? Тебе-то это даже не нужно!

Он улыбается одними уголками губ – его улыбка всегда сводила меня с ума.

— Нет, но это предлог, чтобы подольше разглядывать твою футболку.

— Что?

Опускаю глаза: от пота у меня на футболке между грудями образовался мокрый треугольник, сквозь который просвечивает кружево бюстгальтера. Класс!

Элиотт подходит вплотную и целует меня в губы. Вот так. Киношный поцелуй посреди парка – на нас оборачиваются бегуны, а старички, выгуливающие своих собачек, закатывают глаза к небу. Смотрите все, это мой парень!

— Знаешь, что тебе нужно? – говорит он мне по дороге домой.

— Не знаю, но думаю, ты мне сейчас расскажешь.

— Побольше таких трудностей, как эта.

— Или побольше визитов к недоумку-доктору, который внушает мне, что я в чем-то виновата, – ты это хочешь сказать?..

Я ведь не дура и понимаю, что неожиданное желание бегать – хотя я ненавижу бегать, – это попытка что-то доказать тому, кто заварил всю эту кашу. «Вы толстая, вы потенциальная преступница, детоубийца!» – именно так я восприняла его слова и бессознательно соглашаюсь с ними. Доктор нащупал мое уязвимое место. Это совершенно несправедливо, но как есть.