От войны до войны. Потаённые смыслы эпохи - Анатолий Салуцкий Страница 276

Стройка остановилась два года назад, и Кедровым приходилось терпеть жуткие неудобства, они ютились в брезентовом укрытии. Утешало одно: хотя разруха колола глаз, переустройство шло успешно. Матвей, знавший толк в таких делах, считал, что половина работ уже выполнена. Деревянный куб прикрывал абиссинскую насосную скважину, от которой одна линия вела к будущему дому, а другая – к соседнему участку. Вылезшая из земли кирпичная кладка была стенами цоколя – его сделали с утеплением, гидроизоляцией, вентиляцией; старый фундамент оказался столь прочным и глубоким, что позволил залить подвальное дно бетоном и получить двухметровый цокольный этаж. Положи на него плиты, и можно «гнать» жилые этажи.

Ещё более впечатляющими были затратные итоги. Матвей и Вера купили соседний дом; были варианты дешевле, но на семейном совете с участием Кондрата Егоровича решили, что жить родовым гнездом сподручнее. И начальником стройки стал Матвей, что заметно сказалось на стоимости работ. Он пособлял автокраном, экскаватором, а ещё одолжил уголок. Брезентовое укрытие, названное виллой, было три на шесть. Под него, включая двускатный верх, требовалось сто метров стального уголка, а это – деньжищи! И Матвей договорился с Розальевым, что Кедров возьмёт уголок с заводского склада. А как закончит стройку и разберёт брезентовую времянку – вернёт. Фантастически выгодная финансовая операция!

Когда подъём нулевых притормозился, Кедровым похужало, денежный запас иссяк. Но сейчас поднакопили снова, и Ульяна на воскресенье созвала «совет в Филях» по долгожданному поводу: настало время обсудить облик будущего дома. За столом собрались все ветви Кедровых, кроме старших, хотя Алёна прибыла одна, оставив годовалую Марью на попечение Ферапонта, – спартанские условия стройплощадки не позволяли везти сюда малое дитя.

С учётом цоколя двухэтажный дом в пылком воображении хозяев рисовался архитектурным шедевром. Но на первом этапе решили обойтись своими силами и сначала прикинуть метраж комнат, окна, а также варианты высокого крыльца и устройство крыши, которые должны украшать дом, придавая ему незаурядность. Иначе говоря, предстояло подготовить техзадание и лишь потом звать архитектора, что экономило средства.

Когда расселись, Алёна вытащила из сумки старую гроссбуховскую тетрадь с карандашными эскизами «Дома нашей мечты». Каких только окон не было на рисунках! Прямоугольные, арочные, круглые, стрельчатые, и для каждого вида целый набор переплётов – глухих, створчатых, фрамужных. Начала презентацию с шутки:

— Имейте в виду, я вычитала, что при землетрясениях рушатся прямые углы, а круглые здания остаются целыми. Из этого и исходите.

Отличные рисунки профессионального дизайнера вызвали восхищение и обильное мечтательное мыслетечение. Но Матвей быстро прервал восторженные ахи по поводу разнообразия окон:

— А можно вопрос из зала? Чем о красотах щебетать, не лучше ли сначала уяснить, что выбираем, – стеклопакеты или деревянные рамы, которые дороже?

Восторги стихли, вопрос был не из простых. Желание жить в красивом доме, построенном по своим вкусам, канонам и меркам, вошло в противоречие с «купила-притупила», этим вечным рефреном Кондрата Егоровича. И после недолгих пустых дебатов вопрос сняли с повестки дня, отложили до консультаций с автором рефрена.