Шесть дней в Бомбее - Алка Джоши Страница 44

Мохан слабо улыбнулся. Посмотрел на меня, и в уголках его глаз появились морщинки.

— Ты заслуживаешь лучшего. Заслуживаешь жену, которая будет готовить тебе ужин к приходу с работы. Массировать ступни после долгого дня. И заваривать чай, когда ты попросишь. Которая будет знать, что тебе нужно, еще до того, как ты сам это поймешь. Ты же знаешь, я не такая. И никогда такой не буду. Твоя суженая уже ждет тебя где-то. И ты обязательно ее встретишь. Может, она даже будет помогать тебе здесь, чинить каталки и красить столы.

— Аччха, аччха! Хватит! – расхохотался он. – Индира была сегодня, но уже ушла. Ее забрал муж, – брови Мохана взлетели до самой линии роста волос. – Мадарчод. Как он с ней обращается! Сказал, отныне будет сам провожать ее домой каждый день.

У меня зазвенело в ушах.

— Как именно он это сказал?

Мохан смущенно отвернулся.

— «Не хочу, чтобы возле тебя крутилась эта гори ранди».

Значит, он навал меня белой шлюхой. И грубо, и смешно. Знал бы муж Индиры, что я еще ни разу не была с мужчиной.

— Мохан, как по-твоему, у нее был испуганный вид?

Он задумался.

— Да нет, она скорее оцепенела от удивления. Раньше он никогда за ней не приходил. Я его и не видел даже. Она начала говорить, что волноваться не о чем, она уже сказала тебе, что больше не будет ходить с тобой домой, но он ударил ее. А потом встряхнул. – Мохан уставился на каталку, не желая смотреть мне в глаза. – Тяжело такое видеть, Сона. После этого она просто пошла за ним. Будто в трансе.

Я стиснула зубы. Хотелось кричать. Почему мужчинам вроде Бальбира все сходит с рук?Но я лишь глубоко вздохнула, сказала:

— Спасибо, Мохан!

И пошла к своему велосипеду.

— Хочешь, я пойду с тобой?

Я обернулась. Он, должно быть, заметил мое замешательство.

— К Индире?

Он кивнул. Если бы в этот момент Мохан снова сделал мне предложение, я, возможно, и согласилась бы. Как благородно с его стороны было предложить мне защиту от таких, как Бальбир.

— Все в порядке. – Я покачала головой.

* * *

Проехав всего пару кварталов, я снова увидела под фонарем компанию студентов-индийцев. Они передавали по кругу пачку сигарет «Скиссорс». Запах дыма заглушал крепкий медикаментозный аромат золотого дерева; из его цветов и рисовой воды мама делала мне бальзам от ангины.

— Но Ганди-хи сказал, что насилие – это не ответ.

— А как иначе нам дать понять чертовым бриташкам, что мы больше не позволим себя унижать? Выборы уже показали, что мы сами можем управлять страной, а они продолжают нас игнорировать.

— Идешь на митинг в пятницу?

Я обернулась на них, прислушиваясь к разговору, и не сразу поняла, почему велосипед вдруг резко остановился. Меня бросило вперед, я едва не перелетела через руль. Оглянувшись понять, что происходит, я увидела мужа Индиры Бальбира. Он схватил мой велосипед за руль. Пахло от него пааном и сигаретами. А глаза его пылали яростью.

— Держись подальше от моей жены! Нечего внушать ей свои извращенные идеи! Не подходи к ней на работе и не суйся к нам домой. Иначе пожалеешь.

Он замахнулся, будто собираясь меня ударить. Я испугалась, но усилием воли не позволила себе отшатнуться. Мы несколько секунд смотрели друг другу в глаза.

Наклонившись вперед, он с угрозой процедил мне в ухо:

— И помни! Я всегда могу прийти к тебе домой!