Карамболь - Александр Ольшанский Страница 44

— А что нам до них? Мой сын пропал!

Пока Паркеры препирались, Джулия оттащила Фердинанда в сторону.

— Ферди, cariño, это плохо, – прошептала она. – Очень плохо. Ты не думаешь, что этот Крэбб… или сам Джозеппе…

— Не думай об этом, – сдавленно сказал Фердинанд. – Уолли, наверное, просто… загулял. Как сказал его отец.

— Загулял с восемнадцатью фунтами в кармане? – усмехнулась Джулия. – Это не загул, дорогой, это уже частная экспедиция. Лондон – город большой. Пропасть в нем – проще простого. Это же не иголка в стоге сена, это одна иголка в стоге других иголок. И все они острые.

Фердинанд с горечью взглянул на отчаянно спорящих Паркеров. Всего пару дней назад Уолли был его врагом, потом – неловким союзником, а теперь… теперь он был пропавшей иголкой. И Ферди с ужасом понимал, что, возможно, именно он вручил ему ту самую карту, что привела Уолли в этот колючий стог.

— Что же нам делать? – тихо спросил он.

— Ждать, – так же тихо ответила Джулия. – И надеяться, что Уолли не такой уж болван, каким кажется. Иногда именно глупость спасает людей там, где умный человек давно бы свернул себе шею.

* * *

Тем временем по другую сторону Лондона, в душном кабинетике участка на Скотленд-Ярд, констебль Эмиль Харрисон с наслаждением потягивал свой утренний чай. Чай был густой, как смола, и сладкий, как грех, – именно таким, как он любил. Он собирался закусить чай свежим пончиком, как вдруг дверь с треском распахнулась, и на пороге возникла знакомая, вечно недовольная физиономия молодого капитана.

— Харрисон! Опять бездельничаешь? У нас город кишит преступностью, а ты устроил чаепитие с плюшками?

— Сэр, еще только девять утра, – почтительно заметил констебль.

— В полиции нет понятия «утро»! Есть понятие «рабочий день»! – отрезал капитан. – Кстати, насчет того утопленника… итальянца. Есть новости?

— Никаких, сэр. Личность установили – Джозеппе Риччи, ученик ювелира. Работал у менялы Крэбба. Ни врагов, ни долгов, по словам хозяина. Вердикт – несчастный случай. Перебрал. Пьяный упал в воду.

— Слишком просто, – проворчал капитан. – Слишком уж всё гладко. Ладно, пока в архив. И… Харрисон.

— Сэр?

— Тот браслет… с утопленника… Он всё ещё в вещьдоках?

— Так точно, сэр. Записан, опечатан.

— Смотри у меня… – капитан бросил на него подозрительный взгляд. – Чтобы всё было чисто. А теперь шевелись! Там, кажется, какой-то пекарь с женой кого-то потеряли. Разберись. Только поживее, у нас полно дел!

Капитан удалился. Харрисон тяжело вздохнул и отложил пончик. «Вот ведь жизнь, – подумал он с горькой иронией. – То тонут, то теряются, а я… я теряю возможность нормально позавтракать».

Он вышел в приемную, где его уже поджидали взволнованные Паркеры, его соседи по улице. Они жили в трёх домах от него и периодически раскланивались. Миранда, увидев знакомого констебля, ринулась в атаку.

— Мистер Харрисон! Констебль! Наш сын пропал! Пропал без вести! Вы должны его найти!

Эмиль Харрисон, привыкший к подобным сценам, достал бланк протокола с видом человека, обреченного на вечную борьбу с человеческой глупостью и несчастьями.

— Успокойтесь, мэм, – сказал он устало. – Начнем с самого начала. Ваш сын… он часто пропадает?

И пока Миранда, рыдая, рассказывала о носках, незаправленной кровати и зловредных итальянцах, а Джинджер мрачно подтверждал ее слова, констебль Харрисон механически заполнял графы. Имя: Уолтер Паркер. Возраст: 21. Приметы… «Ну, – думал Харрисон, – молодой, здоровый, неуклюжий… Таких в Лондоне – каждый третий. Искать его – всё равно что искать каплю дождя в грозу».