Правило 24 секунд - Юля Артеева Страница 51

— Гордею потом спасибо скажешь, только не забудь.

— Он без тебя бы меня не взял.

Интересуюсь озадаченно:

— В смысле?

— О, – брат ненадолго зависает с открытым ртом, – да я просто так сказал. Смотри, выходят!

Прослеживаю за рукой Егора и вижу команду Наумовых. Боже. Теперь мне чуть лучше становится понятна природа самоуверенности близнецов. Парней больше десяти, все в черно-красной форме, высокие, крепкие и красивые, они смотрятся как суперзвезды. Когда вижу среди них Гордея, дыхание перехватывает. Он, безусловно, красив. Но, кроме того, от него веет какой-то природной силой.

Повернув голову, Гордый ловит мой взгляд и по-хулигански ухмыляется. Понял, что засмотрелась. И, кажется, крайне этим доволен.

— Они такие крутые, – произносит Егор вибрирующим от эмоций голосом.

Я смеюсь:

— Не лопни от восторга.

— Сама не лопни!

— Я не… – начинаю строго, а потом просто отмахиваюсь. Пожалуй, совет не такой уж и плохой.

Гордей разминается вместе с командой, и я украдкой за ним наблюдаю. Смотреть же никто не запрещал?

Разглядываю и тренера, того самого Деда, которого сегодня все упоминали. Я уже успела нарисовать себе образ седовласого сухого старичка, но оказывается, что это высокий и широкоплечий мужчина в строгом костюме. У него стильная стрижка, и, хоть виски и отмечены легкой сединой, он выглядит под стать своей команде.

Пока парни отрабатывают броски, Дед выходит на паркет и окликает Гордея, подзывая его к себе. Строго говорит что-то, жестикулируя не широко, но как-то жестко. У Наумова лицо обращается в камень. Желваки прочерчивают косые линии по его лицу, и я уже знаю, что в этот момент он так сильно сжимает зубы, что они вот-вот захрустят.

После небольшого спора Гордей отправляется на скамейку, пока остальные продолжают разминаться.

У меня сердце щемит от того, как он в этот момент выглядит. Злым, уязвленным, расстроенным, но… гордым? Почему-то остро хочется обнять его. Приласкать и утешить, как большого ершистого зверя.

Смутившись от собственных мыслей, я пытаюсь сконцентрироваться на том, что происходит на площадке.

Слышу, как Егор говорит:

— Ой, да, это я. Спасибо.

И забирает из рук какого-то парня картонный стаканчик с попкорном. Брат протягивает мне, спрашивает:

— Будешь? Сказали, Гордей попросил принести для меня.

Я медленно качаю головой и перевожу взгляд на свои руки на коленях. Услышал, что Егор хочет попкорн и не забыл. Это очень-очень плохо.

Не то, что Наумов хорошо поладил с моей семьей. И не то, что он заботливый и внимательный. А вот то, что мне нравится этот парень, – просто катастрофа. Что-то вроде той, когда Титаник налетел на айсберг.

Я не очень понимаю, что с этим нужно делать. Перестать с ним общаться? Разве, когда девушка в отношениях, ей может понравиться кто-то другой?

— Мань, ты не смотришь! – стучит меня ладошкой по плечу Егор.

Вскинув голову, помутневшим взглядом таращусь перед собой. Туда, где уже началась игра. Когда успели? Наверное, где-то между стаканчиком попкорна и моим осознанием собственной неуместной влюбленности.

— Так, – сдувая челку, рядом приземляется Леля, – все окей?

Губами улыбаюсь, а глазами стараюсь хотя бы не так явно транслировать панику.

Говорю:

— Да, спасибо.

— Если что, спрашивайте, если что-то интересно будет.