Письмо Далай-ламы - Екатерина Чудинова Страница 102

— Что вы делаете?! – разорвал тишину голос князя. Борезе обернулся и заметил, как Шеккер, не обращая внимания на происходящее, схватился за сундук. – Нам нужна помощь!

Шеккер резко выпрямился, сжимая сундук в руках. Его взгляд был холодным, решительным.

— Я иду за помощью! – бросил он, перекрывая князя. – Вы оставайтесь здесь.

Он повернулся и, подхватив сундук, скрылся за деревьями.

Глава 17

Карелин сидел на деревянной скамье вагона, глухо гремящего по рельсам. Колеса выбивали мелкий щебень, и монотонный стук ритмично отдавался в груди. Взгляд Матвея был прикован к пейзажу за окном: лес вдоль дороги казался непроглядным, как тайна, которую он никак не мог разгадать.

Сзади раздавались негромкие голоса – Солье и Тюфяев разговаривали. Карелин машинально прислушался.

За окном мелькнули перелески, за которыми вдруг открылась гладь реки, отливающая в утреннем свете серебром. Солье, задумчиво глядя на пейзаж, произнес:

— Этот вид… напоминает мне Персию. Река, пустынный берег… Там, конечно, все иначе, но что-то общее есть.

Тюфяев, облокотившись на подлокотник, с легкой улыбкой посмотрел на Солье.

— Персия, говорите? Интересно. Вы бывали там?

— Бывал. Примерно лет десять назад. По делам компании. – Солье кивнул, не отводя взгляда от реки. – А вы?

Тюфяев оживился.

— Тоже. В 1895-м. Правда, у меня тогда была совсем иная цель. Репортаж. Хотел разобрать все по косточкам: культуру, политику, странные слухи.

— Слухи? – Солье повернул голову, его губы изогнулись в улыбке.

— Именно так, – отозвался журналист. – Может быть, вы застали тот случай? Посланник, убитый при таинственных обстоятельствах?

— Что-то такое припоминаю.

— Да-да, – оживился Тюфяев. – Это был жуткий случай. Все сначала думали, что это какой-то шпионский заговор. А потом оказалось, что его убили местные воры, даже не знавшие, кого обчистили. – Он усмехнулся, бросив взгляд на Солье. – Вы же понимаете, я тогда не мог упустить такую историю. Но, признаться, подробностей так и не выяснил. А вы?

Солье пожал плечами, наклонив голову, словно собираясь что-то сказать, но потом передумал.

— Деталей тоже не помню, – произнес он небрежно, но в его голосе чувствовалась неискренность. – В таких случаях всегда больше слухов, чем истины. А вот вы, Тюфяев, наверняка уже тогда пытались докопаться до чего-то сенсационного?

— Конечно, – с вызовом усмехнулся журналист. – Не могу же я сидеть сложа руки, ведь мир полон тайн.

Карелин оторвался от окна и перевел взгляд вглубь вагона. У двери стоял помощник машиниста с сигнальным фонарем; он приоткрыл створку и, высунувшись наружу, внимательно следил за путями. Время от времени он коротко переговаривался с машинистом, передавая замечания о стрелках и состоянии хода. Карелин не прислушивался. Образ Шеккера – с его неприязненной улыбкой и резкими, уверенными движениями – не выходил из головы. Назначение в Персию, участие в интригах, слишком многое сходилось. Скорость заметно снизилась.

— Там на мосту автомобиль. Что-то случилось, – крикнул помощник.

Карелин поднялся и тоже высунулся в узкое окошко. На мосту, переброшенном через узкую речку, виднелся накренившийся автомобиль, возле него суетились люди. Матвей сразу узнал Борезе и его механика, Гиларди. Князь энергично размахивал руками, давая указания, а Гиларди с усилием пытался вытянуть кого-то из машины.