Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти - Олег Рой,Сергей Давиденко Страница 106

— Будь готова, — сказал ей надзиратель, забирая пустые миски. — Через час я за тобой приду.

Как только он ушел, Ильзе достала из-под матраса письмо с маленьким конвертом, который она смастерила этой ночью из листка бумаги.

— Клерхен, у меня к тебе будет большая просьба, — сказала она, передавая все это удивленной соседке. — Это письмо для Карла, моего любимого человека, за которого я так и не успела выйти замуж. В конверте моя цепочка, это тоже для него. Я почему-то верю, что тебя скоро выпустят. Пожалуйста, найди возможность передать это Карлу. Он в тюрьме на Принц-Альбрехт-штрассе. По крайней мере, я на это надеюсь.

— Конечно, но… а почему ты не отдала его вместе с завещанием вахтману вчера вечером? — спросила Клерхен.

— Видишь ли, у меня большие сомнения, что тюремщики станут передавать письма тем, кто связан со мной. Тем более если к посланию прилагается золотая цепочка. И вообще, Карл может расценить это как провокацию и отказаться взять письмо…

— Я все поняла. Спасибо, что доверяешь мне.

«А разве у меня есть выбор?» — грустно подумала Ильзе.

Забрав письмо с конвертом, Клерхен неожиданно расплакалась. Она села на койку к Ильзе, и та крепко прижала женщину к себе, чувствуя, как содрогается ее хрупкое тело.

— Ну, хватит, — мягко успокаивала Штебе сокамерницу. — Все будет хорошо. Я сердцем чувствую, что ты скоро обретешь свободу.

— Мне… мне так будет не хватать тебя, — всхлипывая, сказала Клерхен. — С тобой я ощущала себя так уверенно! Будто у меня была надежная защита…

— Лучше расскажи мне о своей семье, — предложила Ильзе. — О маме, об отце… У тебя есть брат или сестра?

Вытерев слезы, Клерхен кивнула. Потом она начала говорить.

А спустя десять минут женщины уже смеялись, обсуждая, как брат Клерхен, удирая на велосипеде от отца своей подружки, недовольного их встречами, свалился в воду…

За пять минут до прихода вахтмана Клерхен неожиданно посерьезнела и сказала:

— Я хочу, чтобы ты шла в свой последний путь со спокойной душой, Ильзе. Вчера на допросе следователи говорили между собой. Советская армия наконец-то перешла в наступление. Огромное войско Гитлера окружено под Сталинградом. И его участь предрешена.

В коридоре раздались шаги, и Ильзе сжала руку Клерхен.

— Значит, моя работа все-таки не пропала даром… — прошептала она.

— Ильзе Штебе, на выход, — приказал вахтман.

Ильзе обняла Клерхен:

— Будь счастлива, моя дорогая подруга. И проживи за меня долгую жизнь. Поверь, я умираю совершенно спокойно. Частичку своего сердца я передаю тебе, моим друзьям и близким.

Она с трудом поднялась на ноги, и вахтман протянул ей костыль.

Третий блок тюрьмы, где была запланирована казнь, располагался во флигеле. Узкий коридор был выстлан новой дорожкой из зеленого линолеума. Возле дверей, ведущих в зал казни, стояли одиннадцать гробов, обитых черной материей. Это означало, что одиннадцать приговоренных сегодня найдут свою смерть — кто в петле, а кто на гильотине…

Ильзе ввели в зал, сняв с нее наручники. Внутри царил унылый полумрак, посреди сумрачного зала стоял громадный деревянный стол со скамьей. Вторая часть помещения была отгорожена черным занавесом, и Ильзе поняла, что, когда начнутся казни, его отодвинут. Как в театре, только вместо представления здесь будут демонстрировать, как приводят в исполнение смертные приговоры.