Пионеры не умирают - Елена Булганова,Ольга Кудрявцева Страница 108

Рита глянула через плечо на вожатого, машинально сделала шаг вперед, но секундой позже осознала увиденное, крутанулась на пятках и вскрикнула:

— Боря, посмотри, там что-то происходит!

Их вожатый больше не сидел расслабленно в лодке. Теперь он стоял, широко расставив ноги и едва удерживая равновесие, а головой вертел во все стороны, словно высматривал что-то в воде. Ребята бросились к кромке берега, чтобы лучше видеть происходящее.

Из воды вылетело нечто, похожее на кусок стекла, блеснуло радужными гранями в закатных лучах солнца и шлепнулось в лодку. Игорь рывком наклонился, поднял это нечто, поднес к самому носу, словно не веря своим глазам, и отшвырнул обратно. Но на смену первому предмету уже летел другой. А сама лодка все быстрее вращалась на месте, словно подхваченная водоворотом. Игорь не устоял, опустился на корточки и перестал отбиваться от летящих штуковин. Потом из воды вылезли две огромные руки. Зеленовато-бурые, осклизлые, они легли на борт и начали потихоньку раскачивать лодку. Игорь снова вскочил, завопил что-то неразборчивое, попятился, спиной через другой борт рухнул в озеро и пугающе быстро ушел под воду.

Боря бросился к озеру, на ходу скидывая «адидасы». Рита помчалась за ним. Они забежали в воду, но внезапно на том месте, где исчез вожатый, появилась Димкина мокрая голова. Васильев нырнул и снова возник на поверхности, держа Игоря за волосы, лицом вверх. Борис поймал Риту за руку.

— Стой, мы ему только помешаем.

Они стояли по пояс в воде, и вскоре Димка подплыл к ним. Никогда прежде Рита не видела его таким напуганным. Все вместе они выволокли вожатого на траву. Осипова уже вспоминала, как делается искусственное дыхание, но этого не потребовалось – Игорь завозился, задергался и сел рывком. Вода лилась из его широко открытого рта, какое-то время он давился ею и отплевывался. Он задергался и захрипел, когда Димка попытался помочь ему, так что ребята просто молча стояли вокруг.

Наконец Игорь встал, расставил ноги и развел в стороны руки, чтобы удержать равновесие. Верхняя губа странно приподнялась, словно он готовился зарычать.

— Простите, Игорь Андреевич, – с готовностью сказал Димка. – Это я по-дурацки пошутил над вами.

Он старался говорить покаянно, но в голосе таилась насмешка, а в глазах – презрительный вызов. На одной руке так и висела огромная перчатка из наполовину прозрачного блестящего материала. Губа Игоря приподнялась еще выше, обнажая идеально белые зубы.

— А я ему помогал, – вдруг объявил Борис и оттеснил Васильева плечом, чтобы попасть в поле зрения вожатого. – Стоял на стреме.

— Молчи, Шварц, ты вообще не при делах! – заорал Димка.

— Неправда, мы вместе обсуждали идею.

— Только сначала! А потом я понял, что тебе это не по душе, и решил все сделать сам!

— Вранье! – стоял на своем Боря.

— Я тоже помогала, – дождавшись небольшого затишья в споре, скромно вставила Рита. – Я… я сшила вот эту перчатку.

Дима обеими руками схватился за голову.

— Дура, это ласта для рук, экспериментальная!

— Все остальное тоже вы натворили? – тихо, хрипло спросил Игорь, и Рита поежилась – так пугающе звучал его исполненный злобы голос.

— Нет, – моментально ответил Васильев, тряся головой. – К остальному мы отношения не имеем. По росту не проходим. Да и не стали бы. А вас, Игорь Андреевич, разыграл только я и сделал это из личной неприязни, вот и все.