Мертвое озеро. Возвращение - Рэйчел Кейн,Керри Райан Страница 114

Нельзя не заметить, как меняется поведение моего сына, стоит ему залезть на лошадь. Его плечи расслабляются, лицо смягчается, а поводья он держит со спокойной уверенностью. В какой-то момент Пейнт отклоняется к центру арены, и он мягко ее перенаправляет. Я не слышу, что именно он говорит, но до меня доносится его ласковый голос; Коннор постоянно поддерживает с ней дружелюбный разговор.

Временами лошадь фыркает на его слова, и Коннор смеется. Внезапно я понимаю, насколько редко в последнее время смеялся мой сын. Раньше в нашем доме постоянно стоял шум. Дети ругались и мирились. Ланни врубала музыку на полную громкость, а от басов из динамика компьютера Коннора, на котором он резался в видеоигры, дом, казалось, мог обрушиться в любой момент.

Я думаю о том, как мы будем жить, если Ланни следующей осенью уедет в колледж. И что будет потом, через несколько лет, когда Коннор тоже нас покинет и останемся только я, Сэм и пустота.

Я не готова. И никогда не буду готова. Но, как недавно напомнили оба моих ребенка, они растут и взрослеют – согласна я на это или нет. Моя задача – убедиться, что они готовы.

Сегодня Ланни доказала, что да.

— Я плакала, когда нашла те письма о приеме, – признаюсь ей.

Она ерзает по скамье, будто физически устраняясь из разговора. Кладу ладонь ей на ногу, чтобы остановить.

— Я чертовски тобой гордилась, Ланни. И сейчас горжусь. Все эти колледжи – лучшие в стране… Конечно, они должны принять тебя. Ты потрясающая.

Ее губы складываются в улыбку, но она по-прежнему на меня не смотрит. Ее взгляд направлен на Коннора, который пускает лошадь сначала рысью, а потом легким галопом.

— И да, я плакала от мысли, что ты уедешь в университет. Ни один родитель не готов отпустить своего ребенка. Но в первую очередь я плакала оттого, что ты не поделилась этим со мной. Я думала, каково это было, когда ты получила первое письмо, какое испытала облегчение и что меня не было рядом. Я всегда буду об этом жалеть. Я хотела бы сказать, что поддерживаю тебя на сотню процентов, но не уверена, что это правда. Однако хочу, чтобы ты знала: сейчас я за. Целиком и полностью.

Дочь протягивает руку и переплетает пальцы с моими, крепко сжимая:

— Спасибо, мам.

— Хотя ты должна знать: Нью-Хейвен – ужасное место с точки зрения преступности, – добавляю я.

Как я и надеялась, Ланни смеется, и напряжение между нами слегка спадает.

В следующий миг мой телефон начинает вибрировать от входящего звонка. Смотрю на номер – это Гутьеррес.

— Придется ответить, – говорю Ланни. Потом встаю и иду к широким двойным дверям, выходящим наружу. – Гвен слушает, – отвечаю в трубку, стараясь звучать спокойно, несмотря на колотящееся сердце. Не представляю, зачем он может звонить, и от этого мне тревожно.

— Здравствуйте, мисс Проктор, – произносит знакомый низкий голос. – Это детектив Гутьеррес из департамента полиции Ноксвилла. Я слышал про инцидент в вашем доме близ Нортона, с отрядом спецназа. Хотел проверить, как у вас дела.

Что же, предлог для звонка неплохой.

— Мы в порядке, спасибо.

— Я не знал, что вы с мистером Кейдом покинули город.

Не знаю, подразумевает ли он обвинение, но сама перехожу в защиту:

— Никто нам не говорил, что это запрещено.

— О да, вы правы. Официальных обвинений не предъявлялось. Хотя мы предпочитаем знать, где находятся интересанты по делу.