Список подозрительных вещей - Дженни Годфри Страница 119

Центром большой комнаты были каретные часы[34], которые стояли на серванте и громко тикали. Остальная часть комнаты была украшена образцами изделий, связанных крючком: на полках и столах лежали салфетки, на обшарпанные стулья были наброшены чехлы из сшитых вместе квадратиков. Валери явно любила салфетки так же, как Дорин, жена Артура. Я же ничего привлекательного в них не видела. Мне казалось, что от них никакой пользы, а тетя Джин говорила, что их предпочитают люди слишком высокого о себе мнения. Она вообще была не склонна к украшательству. Комната выглядела нежилой, как будто вся жизнь проходила в кухне и гостиной. Как и в нашем доме до того, как туда переехала тетя Джин.

Валери хотела, чтобы мы именно здесь вытерли пыль; сама же она с тремя подругами пила чай в соседней комнате. Я была вне себя от радости. Так как человека в комбинезоне поблизости не было, мы имели идеальную позицию для подслушивания, и я посмотрела на Шэрон и улыбнулась. В ответ она состроила гримасу – ситуация ее не устраивала, но она была рядом, и я была благодарна ей за это.

Мы приступили к работе. Брали всякие предметы, стирали с них пыль специальной желтой тряпкой и натирали «Мистером Шином». Я пыталась прислушиваться к разговору в соседней комнате – беседа там то и дело прерывалась взрывами смеха и прикуриванием сигарет. Речь шла о работе – все они работали на местной фарфоровой фабрике, основном производстве района; потом они принялись сравнивать различные недуги и лекарства от них. Тайны женского организма заставляли меня ежиться и краснеть.

Мы напали на золотую жилу, когда разговор перешел на семьи.

– Я очень волнуюсь из-за Брайана, – сказала Валери. – Он сам не свой, и я никак не могу достучаться до него.

Мы обе замерли, навострив уши.

– Он всегда был немногословен, а сейчас мне кажется, будто я живу с привидением, черт побери. Он не произносит ни слова. Приходит и уходит, пьет чай и ложится спать. Я даже не знаю, где он бывает, когда уходит из дома. Ведь он не может устроиться на работу, поэтому единственным местом, куда он обычно ходил, был магазин на углу.

– Думаешь, именно это расстроило его? Ну, я имею в виду то, что случилось с магазином. Ты же знаешь, он любит заведенный порядок, – сказал голос, который я не узнала.

– Может, ты и права, – сказала Валери.

Я выдохнула, не сразу сообразив, что затаила дыхание, и кивнула Шэрон, которая в ответ покачала головой.

– Ты, как и прежде, ездишь домой после ночной смены на автобусе? – спросила та женщина, что открыла нам дверь, – я узнала ее по голосу.

– Я намерена жить нормальной жизнью, – сказала еще одна. – Я не допущу, чтобы они победили.

– Они? – спросила Валери.

– Да, – ответил голос. – Мужчины. Проклятие, это мужчинам нельзя выходить после наступления темноты, а не женщинам. Мы, черт побери, не убийцы.

– Мы не успеем опомниться, а ты уже будешь сжигать свой лифчик[35], – сказала первая женщина под взрыв хохота.

– Наш Брайан будет встречать меня на автобусной остановке, пока не поймают этого ублюдка, – сказала Валери. Послышалось настойчивое шиканье, и я представила, как они указывают на наше присутствие в соседней комнате.

– Наш Джефф больше не отпускает меня одну – очень мило с его стороны, – сказала первая женщина. – Впрочем, он просто беспокоится. Если Потрошитель схватит меня, некому будет готовить ему чай.