Приближение - Довон Ко Страница 121

Та искорка жизни, что едва начала разгораться, испарилась, словно ее никогда и не было.

Отчим продолжал смотреть на Сокхи.

C-4 снова и снова представлял, как разрывает его на куски, но в реальности ничего не мог сделать.

Позже он понял, что Сокхи больше не работает на бойне потому, что старший брат дал ей другое задание. А вскоре и C-4 перестал выходить на бойню – теперь он тоже выполнял задания старшего брата: расшифровывал аудиозаписи, загружал в грузовики коробки с наличными, подрабатывал официантом, чтобы подслушать разговоры клиентов.

C-4 не испытывал особого отторжения. Почему-то казалось, что все к этому и шло. Иногда они с Сокхи сталкивались в коридорах, то делали вид, что не знают друг друга.

Однажды утром, на автобусной остановке по дороге в школу, Сокхи впервые за долгое время заговорила с ним.

– У меня к тебе просьба.

C-4 так давно не слышал ее голоса, что теперь он казался чужим.

– Какая просьба?

Сокхи пристально посмотрела на него, а потом ответила – но слова ее потонули в шуме толпившихся вокруг школьников. С-4 переспросил. Сокхи резко схватила его за воротник, притянула к себе и прошептала прямо в ухо:

– Сегодня ночью я исчезну. Навсегда. Но для этого мне нужна твоя помощь.

Она коротко изложила план. Рассказала о водородном охладителе, который используют на бойнях, о взрывоопасности водорода и о том, как это может привести к пожару. Просьба ее была простой: разложить в ее постели фрагменты костей.

C-4 молча слушал, а потом вдруг спросил:

– А остальные?

– Не переживай. Все будут спать. А, и еще… убедись, что старший брат точно уснул. Это самое важное.

– Подожди… Если все будут спать, значит… они погибнут?

Сокхи несколько секунд молчала, а потом сжала его плечо.

– Если полиция спросит – скажешь, что ничего не знаешь. Что пришел домой и увидел пожар.

C-4 вспомнил, как отчим по ночам прокрадывался в комнату Сокхи, и, не раздумывая, кивнул. Только тогда ее рука разжалась. Почувствовав странное сожаление, он спросил:

– А куда ты пойдешь?

На самом деле он хотел спросил «Можно с тобой?», но знал, что Сокхи сразу откажет, потому и не спросил.

Она на мгновение задумалась, посмотрела в небо и небрежно ответила:

– Найду свою семью.

– Семью?

– Да, настоящую.

Значит, у нее была семья. Не как у него. Даже неудивительно. В глубине души он всегда это знал. Сокхи несла в себе тепло, которое бывает только у того, кого когда-то любили.

Они вместе сели в автобус и всю дорогу молчали. Сокхи выходила на остановку раньше. Прежде чем сойти с автобуса, она обернулась и тихо прошептала:

– Сегодня не пей ничего дома.

Все произошло так, как она и планировала.

В сгоревшем доме нашли четыре тела, которые опознали как отчима, мачеху, старшего брата и Сокхи. Младшие братья и сестры уехали в другой город на школьную экскурсию, а C-4 работал допоздна и потому избежал гибели.

О пожаре на скотобойне написали в новостях всего раз. Несколько журналистов попытались разобраться в деталях, но интерес к происшествию быстро угас.

А несколько дней спустя к нему пришел мужчина в дорогом костюме.

Мужчина, который при первой встрече сказал C-4: «Мне нравится твой взгляд», – забрал осиротевших после пожара детей и увез их в Ённам. Работа, которую C-4 выполнял после школы, мало чем отличалась от того, что он делал под началом старшего брата. Но это место было другим. И C-4 оно нравилось.