Скопцы. Кровь Сеула - Пё Чанвон Страница 122

К тому моменту первый этап – уничтожить всех, кто посмел упоминать в связи с серией преступлений «Стелла Дроп», – уже завершился блестящим успехом: падением в глазах общественности Со Еджон и Ли Мэка. Члены оперативной команды JY уже начали потихоньку сливать в СМИ, особенно в «Сеульский вестник», собранный на Ко Ильмина компромат.

Общественность вновь была потрясена – новость о том, что у святоши Ко Ильмина есть сын, которого он все это время скрывал, разлетелась не только по церковным кругам, но и среди людей, далеких от церкви. «Сеульский вестник» добавил истории смачные подробности – о том, что сына зовут Майкл, он получил в США липовый диплом и в конце прошлого года вернулся в Корею, после чего исчез… Ли Чундо и в этот раз не упустил возможности высказаться: по его мнению, Ко Майкл вполне мог стать следующей жертвой, а это говорило о том, что у преступника, вероятно, есть личные счеты с пастором Ко Ильмином.

* * *

Тем временем через аэропорты Инчхон и Кимпхо массово прибывали крепкие молодые мужчины в черных масках и юноши с бросающимися в глаза, яркими татуировками на шее и руках. Это были члены якудза, привлеченные японской компанией-партнером, с которой связалась американская штаб-квартира по инициативе Джона, а также группа экспертов по паркуру. Оперативная команда реагирования JY и Джон уже получили через своих информаторов в полиции всю информацию, собранную ГААП: о Ю Джису, паркуре, татуировках, «Артемизии», «Юдифи» и других деталях.

Дело 7

Национальный театр

16 февраля 2024 года, пятница

После ареста администратора «Цифровой тюрьмы» и закрытия сайта появилась надежда, что и череде преступлений настанет конец. Некоторые полагали, что преступники осторожничают и ожидают благоприятного момента, а пока затихли – как перед пятым и шестым преступлениями.

Но ожидания не оправдались, и трагедия разыгралась вновь в вечер следующей пятницы. Преступник словно пытался показать, что арестованный администратор сайта не был его сообщником. В пятницу, 16 февраля, прибыв в женский туалет Национального театра, расположенного у склона горы Намсан, полицейские получили подтверждение своим неприятным предчувствиям – о, как бы они хотели, чтоб те не сбылись!

Анализ ДНК подтвердил, что жертвой был Чхве Сани, отец Чунсо, обратившегося в полицию о пропаже отца несколько дней назад. Ли Мэк составил следственный отчет, загрузил его в информационную систему, доложил в следственный штаб и уведомил ГААП. Руководитель третьей группы следственного штаба, сосредоточившийся на изучении окружения Чхве Сони, разыскал начальника штаба Но Бёнджо – ему нужно было срочно кое о чем тому сообщить.

— Что за срочность? Вы что, уже вышли на преступника? – раздраженно спросил Но Бёнджо.

— Не в этом дело. Похоже, в этот раз преступники наделали дел.

— Как будто они и так не «делают дел». Что значит – «в этот раз»?

— В этот раз… выбрали неправильную цель.

— Что? Хочешь сказать, Чхве Сони не был сексуальным преступником?

— Похоже на то. Мы начали копать его окружение и выяснили, что за девушками, которые утверждали, будто стали жертвами, стоял взрослый, подстрекавший их к ложным доносам.

— Ложные доносы? Это такие, которые охмурят, а потом разведут на деньги?

— Хуже. Там вообще ничего не происходило, а человека просто объявляли насильником.