Убить буржуев - Сандроне Дациери Страница 131

Пока монахиня ведет группу по коридору, Елена цепляется за ее подол, как за лошадиный хвост.

Поддерживая жену под руку, Танкреди размышляет, как он мог бы устроить для нее в этих священных стенах несчастный случай со смертельным исходом. Здесь полно крутых мраморных лестниц, на которых можно сломать шею, окон, из которых можно выброситься, не говоря уже о швейцарских гвардейцах. Удар алебардой, как в старые добрые времена.

Во дворце пахнет ладаном, Историей. И Солитер под личиной Танкреди дышит ею. Личная аудиенция у папы – роскошь, которую нельзя купить, а можно только заслужить. И он ее заслужил.

Но он стремился к этому не просто для галочки. Он хотел посмотреть папе в глаза, потому что был уверен: тот такой же, как он, и несет пургу, лишь чтобы держать в узде глупцов и бедняков, а как только представление заканчивается и камеры выключаются, он снимает сутану и наслаждается жизнью. Потому что нет никакого Бога, который судит людские поступки, и нет ничего после смерти. Однако папа его разочаровал. Посмотрев ему в глаза, Солитер понял, что перед ним всего-навсего больной старик, который верит в ангелов и во всю эту лабуду. Никогда не употребляй наркоту, которую продаешь.

Они спускаются по короткой мраморной лестнице, где достаточно было бы небольшого толчка, чтобы Оттавия упала и сломала позвоночник. Но это всего лишь игра, Оттавия – бремя, которое он должен нести, но бремя легкое. Она хрупкая недалекая женщина, рожденная в богатстве и неспособная распоряжаться своими деньгами. Рожденная для него, уважающая его личное пространство и терпящая его постоянные отлучки. Солитер задается вопросом, когда закончится ее траур и он сможет перестать изображать скорбь.

Двери на улицу открыты, во дворе Святого Дамаза, залитом предвечерним светом, ждут их машины. В нескольких шагах от автомобиля секретарь и монахиня останавливаются и призывают на них Божие благословение.

Танкреди устраивается на заднем сиденье, а Оттавия с дочерью садятся во второй автомобиль. Он объяснил ей, что людям вроде них всегда лучше путешествовать по отдельности. Если с одним из них что-нибудь случится, второй сможет позаботиться о детях и бизнесе. И разумеется, малышка при этом остается с ней. Не то чтобы Солитеру не нравилась дочь, – вообще-то, ему было бы любопытно посмотреть, какой она вырастет, пойдет ли в него или в мать. Говорят, девочки обычно идут в отца. Сын-то явно пошел не в него. Изнеженный, пустоголовый. Ничего хорошего из него не получилось. Солитер расслабленно откидывается на спинку сиденья, когда машина плавно, как ему нравится, трогается с места, по миллиметру набирая скорость. Водители либо учатся этому, либо вылетают с должности.

Солитер снова надевает личину Танкреди, напрягается, меняет направление своих мыслей. Он должен закончить начатое, остается заключительный этап. Заключительный этап работы, которой он в последние месяцы посвящал всего себя и к которой готовился годами с учетом всех возможных вариантов развития событий. Как в случае с криосауной. Когда Хесус ее установил, Солитеру сразу пришло в голову при необходимости использовать ее на хозяине. Но Хесус был его союзником, и он повременил. Он был готов вообще этого не делать. Однако миром правит хаос, вопреки педантичному Богу. И он привел свой замысел в исполнение.