Янтарное лето - Мидзуки Цудзимура Страница 132

— Хм-м-м… – промычала Танака, когда Норико как ни в чем не бывало произнесла это вслух.

Что-то едва заметно изменилось в ее лице, до этого не выражавшем никаких эмоций. Уголки губ поднялись – она слегка улыбнулась.

— Вы, часом, не заглядывали в школу к господину Кэну Кикути? Он несколько лет проработал у нас в Училище.

— Откуда вы узнали? – растерялась Норико.

Она понятия не имела, почему Танака задала именно этот вопрос, и принялась лихорадочно придумывать оправдания. Норико вспомнила, как они встретились, как Кикути нелицеприятно отзывался о «Школе» и как рассказывал о Танаке. А еще то рукопожатие, которым он обменялся с Ёсидзуми. Давайте бороться вместе. Ей вдруг стало ужасно стыдно.

И как она только догадалась? Норико уже жалела, что не сдержала язык за зубами. Она было снова заговорила, но Танака ее опередила.

— Он, наверное, сказал вам, что знает ту, кого вы ищете. Что к тому времени она была уже в среднем звене, а значит, останки ей принадлежать не могли. Я права?

Мороз пробежал у Норико по коже.

Сквозь окно в конце темного коридора понемногу пробивались солнечные лучи, освещавшие пылинки, что летали в воздухе. Другие окна закрывали стопки картонных коробок, и свет через них почти не проникал внутрь. Возможно, их даже поставили сюда нарочно, чтобы отвадить любопытных с улицы.

Темнота окутывала двух женщин, замерших в коридоре. Норико внезапно снова ощутила ту прежнюю, подавляющую атмосферу этого места. Не в силах выдавить ни слова, она лишь перевела взгляд на Танаку. В глазах той читалась усмешка. Было в этом что-то издевательское.

— А потом дело было так. Он начал расписывать, каким она была тихим, спокойным ребенком, рассказывать, как хорошо училась.

— …Но почему?

— Потому что вы не единственные, с кем он общался.

Мурашки ползали теперь по всему телу. Ей стало холодно. Танака засмеялась.

— Он всем это говорит. Всем, кто к нему приходит.

Лицо Танаки растянулось в широкой ухмылке.

— «Школа будущего» – те еще негодяи, они вам никак не помогут, зато я стану вашим соратником, и все в таком духе. Это он вам предложил, не правда ли? Всему виной его старые обиды – у него-то в «Школе» так ничего в итоге и не получилось. Стоит ему только заикнуться о том, что он знает чьих-нибудь детей или внуков, как люди оказываются в его ловушке. А в конце он говорит, мол, давайте бороться против «Школы» вместе.

Норико словно ударили чем-то тяжелым по голове. Настолько сильно, что она как будто и в самом деле ощутила боль, а перед глазами все поплыло. Ноги начали подкашиваться. И все же, к своему удивлению, она продолжала стоять как вкопанная на том же самом месте.

Все это она уже слышала.

Она была доброй. Такое у меня сложилось о ней впечатление. До самого моего отъезда из «Школы» она находилась там, и с ней все было в порядке.

Если я правильно помню, она тогда ходила в среднюю школу. Я преподавал в младших классах, а к моменту моего отъезда ее, кажется, уже не было в числе моих учеников.

Норико помнила, как тогда вздохнула Киёко и как Таканобу не мог заставить себя сказать хоть слово.

В среднюю школу, говорите?

Кажется, Таканобу в итоге все же почувствовал настоящее облегчение. Даже поблагодарил Норико.

Вас, сэнсэй, мы бы тоже хотели поблагодарить. Если бы вы не затронули эту тему, мы вряд ли бы вспомнили о Кикути-сан, не говоря уже о том, чтобы с ним связаться.