Янтарное лето - Мидзуки Цудзимура Страница 156

— И теперь вы хотите, чтобы я ее защищала?

Ситуация окончательно вышла из-под контроля.

Норико, конечно, адвокат, но занималась она в основном разводами, вопросами наследства и реструктуризацией предприятий после банкротства. Уголовные дела тоже бывали, вот только убийц она еще ни разу не защищала.

— Танака-сан ведь не просила о моей помощи, так? Скорее всего, она даже не знает, что вы двое сегодня пришли сюда.

— Да. Но… – Сахара, замявшись, взглянул на Сигэру. – Мы просто подумали, что с вами она, вероятно, согласится поговорить, – добавил он.

Молчавший до этого Сигэру медленно поднял голову и посмотрел Норико прямо в глаза.

— Сахара-кун рассказал мне, что вы, Норико-сан, приходили в «Школу», а сразу после этого на Мику подали в суд. Я решил, что вам она может рассказать правду, и поручил заняться этим. Он предложил обратиться к вам напрямую.

— Но почему? Понимаете, ведь…

Когда Сигэру назвал ее просто по имени, словно они были близки, Норико позабыла о том, что с ними сидит ее начальник, Ямагами. Голос срывался.

— Танака-сан меня уже не помнит, – продолжила она, на этот раз спокойнее. – Она сама так сказала. Я благодарна вам за доверие, за то, что вы пришли сюда сегодня, но вряд ли она поделится со мной хоть чем-то.

Норико не решилась рассказать им о тех словах, что произнесла тогда Танака, и о выражении, застывшем на ее лице. Вам, наверное, хотелось бы, чтобы той мертвой девочкой оказалась я? Норико вообразила, что понимает «Школу» и живших там детей – все потому, что когда-то ездила в местный летний лагерь. Но это ее заблуждение в итоге оказалось безжалостно разрушено.

Не говоря уже о Фукаде и остальных, для Танаки Норико – наихудший выбор из всех возможных.

Однако в этот момент лица Сигэру и Сахары удивленно вытянулись. Ответ Норико словно застал их обоих врасплох.

— Правда? – обескураженно переспросил Сигэру. – А я уверен, что помнит. Ведь и я не забыл, и ты, Норико-сан, тоже помнишь и меня, и Мику, верно? – от неожиданности он даже перешел на «ты».

— Верно. Но в лагере же было столько детей…

— Много, да. Но я запомнил почти всех, кто к нам приезжал. И Мика, думаю, тоже. Так, Сахара-кун?

Сигэру бросил взгляд на юношу. В этот момент в голову Норико впервые закрались сомнения. Откуда Сигэру вообще известно, что Норико занималась делом Ёсидзуми?

Во время своего визита в токийский офис «Школы будущего» Норико сообщила о том, что бывала в лагере, лишь Танаке. Она не помнила, чтобы заговаривала об этом при Сахаре. Так каким образом он мог тогда рассказать о ней Сигэру?

— Да, – кивнул Сахара и посмотрел на Норико. – Танака-сан вас помнит. Она сама поделилась со мной, когда вы ушли. Мол, мы с этой женщиной, адвокатом, давным-давно вместе были в лагере.

Глаза парня расширились. Он словно забыл, как моргать.

— «И я скучаю по тем временам». Вот что она еще сказала, – добавил он.

* * *

Оказалось, что имя Мики записывалось двумя иероглифами – «красивый» и «лето»[16].

Красивое лето.

Узнав об этом, Норико почувствовала, как в памяти воскресают один за другим давние образы из летнего лагеря. И пусть это всего лишь ее эгоистичная сентиментальность, она просто не могла избавиться от этих мыслей.

— Мне нужно подумать над вашим предложением, – сказала Норико.