Куда мы денем тело? - Кен Джаворовски Страница 16

«Не против», – сказал я.

«Обещаешь?» – спросила она.

«Обещаю», – сказал я.

ЭТО КОНЕЦ РАССКАЗА О КУКОЛКЕ МИСС МОЛЛИ

Вчера я рассказал все это Грегу. Он сказал, что попросит мистера и миссис Ломбард положить Мисс Молли в гроб вместе с мамой. И теперь я вижу, что он этого не сделал.

— Рид, я не думаю, что мама говорила серьезно. Иногда трудно понять, что именно люди имеют в виду.

— Мама так сказала, имела в виду именно это, и я ей обещал. А нарушать обещания нельзя.

— Может быть… может быть, у тебя тяжело на душе из-за того, что случилось? Чувствуешь себя виноватым?

— Нет, не чувствую.

Я взял куколку Мисс Молли, сел с ней и стал покачиваться взад-вперед. Потом Грег сказал:

— Собирайся, Рид. Пойдешь с нами.

— Я хочу остаться здесь.

— Рид…

— Разреши мне остаться.

— С тобой все будет хорошо?

— Да. Я приберусь в доме.

— Тебе точно будет хорошо одному?

— Мама разрешала мне оставаться одному с четырнадцати лет, а сейчас мне двадцать. Я все умею делать.

— Но ты хорошо себя чувствуешь?

— Да. Хочу побыть один.

— Ты же не будешь готовить? Соседи принесли еду. Не включай плиту.

— Я не собираюсь готовить.

— Вернусь через пару часов, ладно?

— Да.

— Послушай: никуда из дома не выходи. Понимаешь?

— Понимаю, – сказал я, потому что так оно и было. Я понял все, что он говорил. Но я не сказал, что согласен или не согласен.

— Рид. У меня куча дел. Поэтому я хочу, чтобы ты оставался здесь. Если ты меня не послушаешь… все. Мне важно доверять тебе. Если нет, тебе придется отправиться в то место в Питтсбурге.

Через некоторое время Грег и Малыш Джимми ушли, а я прошелся по дому и вдумался в то, что он сказал. Я ведь так сильно ненавижу Питтсбург и не хочу туда ехать! Мне даже стало страшно, и я стал ходить кругами вокруг дивана.

Но я обещал маме.

И обещал ей никогда не нарушать своего обещания.

Поэтому я взял куколку Мисс Молли и положил ее в свой рюкзак.

И продолжал ходить кругами, потому что нервничал.

Но надо было принять решение.

И вот я ходил кругами вокруг дивана. Очень быстро. Потом сделал последний круг – и центробежная сила направила меня к двери.

Не мешкая, я вышел из дома.

Лиз

— О-о, Белль, ставлю доллар! – сказала я в трубку со смехом.

— А я – два бакса и пиво, Лиз! – ответила она в том же духе.

К этому времени мы уже почти хихикали, обе абсолютно уверенные в себе. И я спросила:

— Ноутбук под рукой есть?

— Да. Вот он, прямо передо мной.

— Хорошо. Тогда легко проверить. Я подожду.

Постукивание клавиш.

— Похоже, я лоханулась, – сказала она с легким звоном в голосе.

Если верить описанию в журнале «Роллинг стоун», Белль Чепмен выросла в городе Атенс, штат Джорджия, и в восемнадцать лет взялась продюсировать пару групп, которые играли в барах. За следующие три десятилетия она вскарабкалась по карьерной лестнице и стала одним из самых влиятельных продюсеров в шоу-бизнесе. И вот она здесь, шутит со мной.

— Ты права! – сказала она.

— Не буду говорить «я же говорила», – заметила я. – Но я же говорила.

— Деваться некуда! Ноябрь шестидесятого года. Ладно, с меня два бакса и пиво.

Через пять минут после начала разговора, когда язык у меня уже развязался, Белль спросила о моих музыкальных пристрастиях. Я перечислила имена любимых музыкантов, а она в ответ ворковала: «О-о, да. Лучшая из лучших!» и «Потрясающе, что этот альбом вышел в шестьдесят первом году», когда я упомянула «At Last!» Этты Джеймс. Наверное, не стоило поправлять Белль, но почти с самого начала мы начали общаться как подруги, которые способны закончить предложение одна за другую и подшутить, поэтому я небрежно сказала: «По-моему, в конце шестидесятого». С этого и началась наша дружеская перепалка.