Скопцы. Кровь Сеула - Пё Чанвон Страница 180

Это было время, когда давление, кумовство и всевозможная несправедливость были обычным делом. Работая на месте полицейских расследований, я кипел от ярости и чувства бессилия, носил в кармане заявление об увольнении и предавался фантазиям. Днем – полицейский, ночью – современный Ильджимэ[26], карающий злодеев, ускользающих от закона, и коррумпированных влиятельных людей. Я вынашивал в себе эту фантазию долгие 30 лет, и вот наконец она получила жизнь в этом романе.

С детства и до самой юности, когда мне было тяжело, больно или обидно, именно романы давали мне утешение, исцеление, а иногда и убежище. Мир детективов и историй о воздаянии за зло – от Конан Дойла и Агаты Кристи до Ким Сончжона, Ким Хонсина, Ли Вэсу, Харуки Мураками, Кэйго Хигасино, Майкла Коннелли и Ю Несбё.

Будучи преданным читателем этих авторов, я с волнением взялся за эту рукопись, намереваясь пополнить их ряды. Роман перед вами – только мой первый шаг.

Это своего рода обобщение. Система образов, созданная из множества реальных людей, событий и ситуаций: их черты были преувеличены или притушены, соединены с другими, преобразованы, смешаны и разделены, а затем заново собраны на основе моего авторского взгляда. Толкование я полностью оставляю на волю читателя. Внимательный читатель может с интересом попытаться разгадать мой замысел или насладиться поиском сходств с реальностью. Однако хочу заранее предупредить: не стоит надеяться, что существует единственно правильный ответ – это может привести к разочарованию.

Евнухи и кастраты в нашей истории, европейские кастраты-певцы эпохи барокко, скот, подвергающийся кастрации ради удобства содержания или улучшения качества мяса, а также физическая и химическая кастрация как наказание и мера предотвращения повторных преступлений для сексуальных преступников… Одна только мысль о боли принудительной кастрации вызывает ужас. Может статься и так, что кастрация, лишение существа способности к размножению и продолжению рода – одного из базовых инстинктов всех живых организмов – может оказаться страшнее, чем сама смерть.

Способен ли человек по своей собственной воле наложить на себя столь страшное наказание? Такие люди действительно существуют – они совершают самокастрацию по религиозным, моральным или психологическим причинам, так наказывая себя за сексуальные желания, которые не могут контролировать. Однако эти люди причиняют страдание только себе и не вредят другим. По-настоящему опасными для всего общества являются те, кто по собственной воле отрезает себе самоотверженность, совесть, чувство справедливости и гуманность – то есть саму человеческую сущность, а не половой орган.

И напоследок я хотел бы попросить вас кое о чем. Вместе с романом я выпускаю в этот мир корейского профайлера Ли Мэка, надеясь, что из него вырастет неплохой Шерлок Холмс. Говорят, чтобы вырастить одного ребенка, нужна целая деревня, – и я прошу вашей поддержки: пусть и наш Ли Мэк растет достойно.