Смертельная боль - Андреас Грубер Страница 193

— Теперь все это совершенно не важно! — перебил его Снейдер.

— Не важно? — рявкнул ван Нистельрой.

— Да, я бы с удовольствием сделал себе височную лоботомию, чтобы забыть обо всем, но это невозможно. — Снейдер попытался вытереть холодный пот со лба. — Я знаю, кто крот.

Внезапно на другом конце провода повисла долгая тишина.

— О чем ты говоришь? — наконец снова раздался голос ван Нистельроя.

— Кроме Немез, только один человек знал, что мы на борту… — выдохнул Снейдер, снова перебивая ван Нистельроя, который собирался что-то сказать. — И за исключением Марка, которого я вовремя отправил домой, каждый из нас подвергся нападению… кроме одного человека. Коры Петерсен.

— О чем ты говоришь?

— Она крот!

— Ты себя вообще слышишь? — резко бросил ван Нистельрой. — Она высокопоставленный агент БНД.

— Именно.

— Зачем ей это делать? Что ей это даст? Она — профессиональный профайлер и имеет высшее психологическое образование.

— Психология… — повторил Снейдер. Боль в бедре стала невыносимой, и вдобавок ко всему он чувствовал такую тошноту, что почти потерял мысль, которая только что пришла ему в голову. — Она изучала психологию, — повторил он. — Когда я попытался загипнотизировать ее в павильоне, она меня провела. Вот почему это оказалось так легко. Идея гипноза также принадлежала ей. Она манипулировала мной, а затем ей оставалось только подыграть… и предложить мне Александера в качестве преступника. Она — крот! — повторил Снейдер и повесил трубку.

Глава 80

Сабине пришлось минуту прятаться в нише, чтобы потом незаметно пробраться в кают-компанию. К сожалению, аптечка первой помощи была наполнена лишь наполовину. В крайнем случае этого тоже будет достаточно. Но на обратном пути в каюту капитана она сделала крюк в лазарет. Он находился в таком же плачевном состоянии, как и все судно, но, по крайней мере, она нашла антисептик для дезинфекции раны и ампулу морфина. Сунула и то и другое в карман и побежала обратно к Снейдеру.

Он был еще бледнее обычного и лежал на диване, дрожа и с трепещущими веками. На лбу у него выступил пот.

— Я сообщу капитану о вашей травме, — сказала она, садясь рядом с ним и доставая перевязочные материалы.

— Хороший план — тогда мы оба будем мертвы, — сказал Снейдер. — И никто никогда не найдет наши тела.

— Тогда мне придется, по крайней мере, вытащить вас из этой каюты и спрятать где-нибудь в другом месте, — прошипела она в панике. — Нас ищут повсюду. А если датчанин не ответит по рации, они все равно поймут, в чем дело. — Она торопливо расстегнула брюки Снейдера, задрала рубашку, убрала полотенце и в ужасе уставилась на рану. Чертовски глубокая. Ее нужно зашить как можно быстрее. Иначе он едва сможет ходить! — Все не так уж плохо, — попыталась она успокоить Снейдера.

— Вы никогда не умели хорошо лгать, — выдохнул он.

Сабина очистила и продезинфицировала рану, но кровь продолжала течь. Снейдер, стиснув зубы, громко сопел. Затем она помогла ему сесть, наложила на рану множество салфеток и давящую повязку.

— Вы правы, — наконец признала она, — выглядит ужасно. Но все обойдется.

Она обернула несколько марлевых бинтов вокруг его бедра и прочно закрепила конец. Все тут же пропиталось свежей кровью.

— Мы скоро причалим, — процедил он сквозь стиснутые зубы, ложась обратно на диван. — Мы должны попытаться забрать документы у Хокона.