Катамаран - Александр Ольшанский Страница 26

На палубе царила непривычная тишина, нарушаемая лишь шепотом волн, поскрипыванием снастей и мерным ритмом мотора. После дневных бурь и новых подозрений эта ночная вахта казалась островком спокойствия в бушующем море взаимных упреков. Александр, установив автопилот, вышел из рубки и глубоко вдохнул ночной воздух. Он чувствовал страшную усталость, но сон бежал от него, как от преступника.

Вскоре к нему присоединилась Таня, неся два термоса с горячим чаем и пару толстых пледов. Они молча устроились в кокпите, укутавшись в шерстяные клетчатые полотна, и несколько минут просто смотрели на звезды, слушая, как океан перекатывает где-то внизу свои темные, тяжелые валы.

— Красиво, – наконец тихо произнесла Таня. – Как в планетарии. Только лучше. И никто не читает лекцию о спектральном анализе звезд.

— Ага, – Александр хмыкнул. – Один Бьорн чего стоит. Он, наверное, и сейчас спит и видит во сне диаграммы солености воды.

Он отпил глоток горячего, душистого чая, и в теле с благодарностью отозвалось приятным теплом.

— Спасибо, что не бросила, – сказал он, глядя на её профиль, освещенный мягким светом навигационных огней.

— Да я, в общем-то, и не собиралась, – она пожала плечами. – Хотя, признаться, пару раз мысленно собирала чемодан. Особенно когда Бьорн начал про русскую мафию. Это было уже слишком даже для моего северного терпения.

— Он напуган, – вздохнул Александр. – Все мы напуганы. И когда человек боится, он способен наговорить всяких гадостей. Я его не виню.

— А себя винишь? – спросила Таня, поворачиваясь к нему.

Он помолчал, глядя на фосфоресцирующий след за кормой.

— Да, – честно признался он. – Я капитан. Я отвечаю за всех. И я допустил, чтобы у нашего борта появился мертвый человек. И допустил, чтобы команда развалилась на моих глазах. Отличная работа, не правда ли?

— Эй, – она дотронулась до его руки. – Ты не мог знать, что какой-то незнакомец решит отправиться в мир иной именно у нашего борта. Это как винить смотрителя маяка в том, что в него ударила молния. Нелепо.

— Смотритель маяка, – он усмехнулся. – Мне нравится это сравнение. Только наш маяк, кажется, не столько предупреждает об опасности, сколько притягивает её, как магнит.

Они снова замолчали. Прошло несколько минут в комфортном молчании. Вдали, на горизонте, мелькнул огонек какого-то судна, но скоро исчез, растворившись в темноте.

— Знаешь, о чем я думаю? – снова заговорила Таня. – О твоем деде. О Юрии Сенкевиче. Он ведь тоже попадал в переделки. «Ра» развалилась у них на глазах, а они не паниковали. Держались вместе.

Александр повернулся к ней, и в его глазах вспыхнул интерес.

— Ты читала про «Ра»?

— Немного, – она смущенно улыбнулась. – После Кипра. Мне стало интересно. Он, наверное, был удивительным человеком. Врач, журналист, путешественник… И всегда с юмором относился ко всему, даже к самым опасным ситуациям.

— Да, – лицо Александра просветлело. – Он как-то говорил, что в любой экспедиции главное – не техника и не провизия, а люди. Если команда дружная, то и плот из бревен станет океанским лайнером. А если нет… то и самый современный корабль разобьется о первую же волну.

— Мудрый человек, – кивнула Таня. – Жаль, я его никогда не видела.

— Он бы тебя одобрил, – неожиданно сказал Александр. – Ему нравились люди с характером. А у тебя он есть. Ты не паникуешь, не ищешь виноватых. Ты просто делаешь то, что должно.