Черный ворон - Энн Кливз Страница 27

Это звучало серьезно. Может, они узнали про Новый год? Здесь и чихнуть нельзя, чтобы не узнали все Шетланды. Что еще могло заставить мать сидеть сложа руки у горы немытой посуды? Салли приготовилась отвечать на вопросы, мысленно отрепетировав ложь.

Вдруг раздался стук в дверь. Маргарет вскочила, будто ждала этого. Ворвался порыв холодного воздуха, и вошел мужчина, а за ним девушка в форме. Салли узнала ее: Мораг, дальняя родственница со стороны отца. Значит, Мораг предупредила Маргарет – так здесь заведено среди родни. Салли попыталась вспомнить все, что знает о Мораг. Та ушла из банка в полицию. Маргарет тогда язвительно заметила: «Вечно она мечется, вертихвостка». Теперь же встречала ее как лучшую подругу:

— Мораг, проходи, погрейся у камина! На улице же мороз!

Салли окинула Мораг критическим взглядом. Та явно поправилась. Салли всегда подмечала, как выглядят люди. Это важно. Разве в полиции нет требований к весу? Мужчина был высоким, но не толстым, а крупным. Он стоял у порога, предоставив Мораг взять инициативу на себя. Салли обратила внимание, как он кивнул ей, чтобы она заговорила.

— Маргарет, это инспектор Перес. Ему нужно задать Салли несколько вопросов.

— Про ту погибшую девочку? – почти пренебрежительно уточнила Маргарет.

— Ее убили, миссис Генри, – мягко поправил детектив. – У вас дочь того же возраста. Я уверен, вы хотите найти убийцу.

— Конечно. Но Салли была с ней близка. Это тяжелый удар. Я не хочу, чтобы ее расстраивали.

— Поэтому я привел Мораг – знакомое лицо. Давайте мы с Салли пройдем в другую комнату, чтобы вас не беспокоить.

Салли ждала возражений, однако что-то в его тоне – спокойном, но властном – дало матери понять: сопротивляться бесполезно, он добьется своего.

— Проходите сюда, – сухо сказала она. – Я растоплю камин, а вы занимайтесь своим делом.

Комната, разумеется, выглядела безупречно. Маргарет ненавидела беспорядок. Лишь пюпитр и скрипка Салли стояли на видном месте – то ли для поощрения спонтанных занятий музыкой, то ли для создания образа культурной семьи. Маргарет никогда не приносила в эту комнату свои тетради. Перес устроился у окна, вытянув длинные ноги. Маргарет уже задернула шторы – зимой она делала это сразу по возвращении из школы. Ритуал, один из многих. Мораг села рядом с Салли – на диван. Похоже, это был обдуманный шаг, чтобы в случае чего утешить Салли. «О боже, – подумала та. – Только бы она не полезла обнимать меня своими пухлыми ручонками. Этого я не вынесу».

Перес заговорил, только когда Маргарет вышла:

— Должно быть, это ужасный удар – новость о Кэтрин.

— В автобусе все только об этом и говорили. Но я не верила, пока мама не подтвердила.

— Расскажи мне о Кэтрин, – попросил он. – Какой она была?

Салли не ожидала такого вопроса. Она готовилась к конкретике: «Когда вы последний раз виделись?», «С кем она ссорилась?», «В каком она была настроении?»

На этот вопрос она не заготовила ответ.

— Понимаю, – сказал он, видя ее замешательство. – Это кажется неважным. Но я хочу понять ее. Как личность. Это самое меньшее, что я могу для нее сделать.

Салли все равно не понимала.

— Она приехала с юга. После смерти матери. Поэтому она была… не такая, как мы.

— Да, – кивнул он. – Могу себе представить.

— Она казалась такой утонченной. Разбиралась в фильмах, музыке, книгах, о которых мы и не слышали.