Она пробуждается - Джек Кетчам Страница 28

– Нет, я хочу сделать это здесь. Прямо здесь. Покажи, как ты раскаиваешься.

– Не надо… пожалуйста, давай зайдем в номер?

– Нет! Здесь, Роберт.

– Лейла, я серьезно.

– Позволь тебе показать. Позволь мне помочь тебе, Роберт.

– Черт возьми, Лейла!

Он обмотал ее простыней.

Лейла с легкостью вырвалась у него из рук – он уже забыл, насколько она сильная, – и рассмеялась, простыня снова сползла с ее плеч. Обнаженная, она устремилась к двери, где прежде зажигался свет, и развернулась к нему. Доджсон пошел к ней.

– Стой! – сказала она.

И Доджсон замер. Что-то заставило его остановиться, он буквально физически ощутил это. Оно вспыхнуло в ее глазах: опасное, как змея, холодное, безумное, божественное и в то же время эротичное, исказило прекрасные черты ее лица, сделав их почти уродливыми, нечеловеческими.

– Стой там, Доджсон, – сказала она, – а я приведу этих людей, чтобы они участвовали в игре.

Она повернулась к окну около двери. В номере находилась пожилая пара, и он услышал движение за дверью: кто-то медленно, тяжело встал с постели, и ему вдруг стало страшно за них, он испугался того, что может сделать Лейла. Доджсон увидел, как она взяла свою грудь в ладони и тихо замурлыкала: «Выходите, выходите, выходите и поиграйте со мной!» Он слышал это так же ясно, как, возможно, и они, голос звучал непристойно и соблазнительно. В Доджсоне что-то сломалось, заставило его диким зверем броситься к ней через террасу. Он с силой ударил ее по лицу, схватил и потащил, а она смеялась, хватала ртом воздух и задыхалась от хохота. Он затолкал Лейлу в номер и швырнул на кровать. С поразительным самообладанием, которое вызвало у него чуть ли не суеверный ужас, Доджсон тихо закрыл за собой дверь.

– Мерзавец! – прошипела она, скорчившись на кровати. – Мерзавец!

– Заткнись! – Теперь его била дрожь. – Закрой свой рот или, клянусь, я…

– Что, Роберт? Убьешь меня? – рассмеялась она. – Ну что ж. Попытайся, Роберт. Попробуй убить меня. Я этого хочу. Я тебе разрешаю.

Кто-то постучал в дверь.

– У вас там все в порядке?

Дэнни.

– Ложись спать, хорошо? У нас все нормально.

– Точно?

– Да. Иди спать.

Он услышал, как Дэнни ушел. Затем повернулся к ней.

– Ты уверен? – спросил она.

Лейла села на кровати. Положила руки на затылок и приняла позу модели с эротической открытки. В ее улыбке сквозила холодная ненависть.

«Признайся, – подумал он, – ты ее боишься. Еще как боишься».

Светлые глаза заблестели.

– Ты точно уверен? Может, сегодня тебе стоит проявить осторожность, когда будешь ложиться спать.

Ее слова отрезвили его, как пощечина.

– Убирайся, – сказал он.

– Даже так? – засмеялась она. – О нет.

– Одевайся и убирайся отсюда.

– Все не так просто, Роберт.

– Я сказал, проваливай!

Ее улыбка расползлась еще шире, теперь она казалась пугающей.

– Если хочешь, чтобы я ушла, выкинь меня, Роберт. Но для этого тебе, мать твою, придется меня связать и заткнуть кляпом рот. Потому что мне плевать, Роберт, на всех плевать. Я перебужу весь долбаный город и даже глазом не моргну! А вот тебе не все равно. Бедный малыш!

Он шагнул к ней.

– Ну же! – сказала она. – Иди сюда. Попытайся меня выкинуть. Попытайся убить. Давай, сволочь! Я этого хочу. Иди и убей меня! Возьми меня! Заставь меня кричать!

Лейла бросилась на него и ударила так сильно, что Доджсон едва не упал. Не успел он опомниться, как она ударила его снова, на этот раз кулаком, так что у него зазвенело в ушах. Он видел, что она целится ногтями ему в глаза, и отклонился, но через мгновение она снова атаковала его и надавила пальцами на глаза. Он почувствовал, как из разорванного века по щеке потекла кровь. Боль и ярость захлестнули его, он ударил ее, не ладонью, как прежде, а так, как принято бить мужчин, чтобы остановить их. Он ударил ее в живот и услышал, как у нее с шумом вырвалось дыхание. Она упала навзничь на кровать, хватая ртом воздух, но затем снова набросилась на него с кулаками.