Она пробуждается - Джек Кетчам Страница 30

Напротив Чейза мужчина в рабочем комбинезоне красил стулья в ярко-зеленый цвет – на Пасху предстоял наплыв туристов, а вскоре начинался высокий сезон.

Пожилой мужчина с крючковым носом и в коричневом костюме-тройке пробирался между столиками, его оранжевые четки свисали с руки, которую он держал за спиной. Костюм выглядел дешево, но был сшит по его сухопарой фигуре и безукоризненно отглажен.

Он остановился позади Чейза. Тот почувствовал на себе пристальный взгляд и обернулся.

– Здравствуйте, – по-гречески обратился Чейз к незнакомцу.

Мужчина ничего не ответил. В его водянистых глазах не было враждебности. Однако Чейз почувствовал, что его оценили и пришли к выводу, что он недостаточно хорош. «Мы все неидеальны», – подумал он.

Когда мужчина двинулся дальше, Чейз попытался представить себе, как выглядит порт глазами восьмидесятилетнего грека. Мальчишки, гоняющие на своих скутерах. Потные полуголые туристы, загорающие на пляжах Коконарес или Банана-Бич. Умудренные опытом мужи, сидящие в тени и потягивающие фраппе «Нескафе» вместо горячего греческого кофе, шелестящие газетами и глазеющие на женщин в открытых топиках.

«Здесь все так быстро меняется», – подумал Чейз.

Взять хотя бы этого человека. Старинные четки и костюм-тройка. Страна пережила мощнейший кризис самоопределения на всех уровнях. Старое смотрело на все новое с восхищением и ужасом, с завистью и растерянностью.

– Приветствую, Чейз! Как поживаешь? Все хорошо?

Перед ним стоял Тасос. Он наклонился и пожал протянутую руку.

– Черт, Тасос, ты же знаешь, я всегда выхожу сухим из воды.

«Он совсем не изменился», – подумал Чейз.

Все то же круглое обветрившееся лицо, такое же крепкое рукопожатие и золотозубая улыбка. Неожиданно Чейз обрадовался этой встрече.

Он подумал, что три года – слишком долгий срок для разлуки с другом. Они с Тасосом вместе учились в колледже. А после его окончания занимались сделкой по продаже земельного участка около Афин. Потом были и другие дела, связанные с морскими перевозками, но теперь почти все вопросы они решали по телефону. Чейз понял, что соскучился по Тасосу.

Он сел, широко улыбаясь, и Чейз окинул его внимательным взглядом. Тасос выглядел хорошо – стройный, подтянутый. Чейз знал, что Тасос покупал одежду в Париже. Большинство обеспеченных греков предпочитали одеваться именно в Париже, а не в Лондоне.

– Я так рад тебя видеть, дружище.

– И я тебя, Тасос. Как Анналука?

– Замечательно, замечательно. Передает тебе самый горячий привет. А как Элейн?

– Отлично. По крайней мере, я так думаю. Пока еще не звонил ей.

Тасос нахмурился:

– Почему? Чейз, у тебя неприятности?

– Нет. Никаких неприятностей. Просто возникли небольшие сложности. Я позвоню. Как малыш?

– Он уже не малыш, Чейз. Ему двадцать четыре года. Настоящий силач. С вот такими плечами!

– Как у его отца.

– Да, как у отца.

– Тебе нравится быть отцом?

– Я прирожденный отец, – улыбнулся Тасос. – Тебе тоже стоит как-нибудь попробовать.

– Да, как-нибудь.

Тасос наклонился к нему.

– Мне кажется, у тебя немного усталый вид.

– Нет, у меня все хорошо.

– Надолго в Греции? Может, возьмешь отпуск и поживешь у нас?

– Посмотрим. Ты связался с Яннисом?

– Да. Он сказал, никаких проблем. Владельцы виноградников готовы поставлять свой товар и в этом году ожидают отличный урожай.