Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер - Роберт Кеппел Страница 32

Несмотря на это, Тейлор заинтересовал нас как подозреваемый: он убил не одну женщину, а при аресте у него нашли множество ключей, происхождение которых он не смог объяснить. Мы связались с родителями Линды и владельцем дома в университетском районе, где она исчезла. Его фамилия тоже оказалась Тейлор – совпадение, одно из множества в этом деле. Ключи от дома и машины Линды не совпали с теми, что нашли у убийцы, и Роджер исключил Тейлора из списка: во время наших преступлений он находился в другом штате. Однако потраченное время не пропало даром. Сопоставление ключей жертвы и подозреваемого стало новым направлением в расследовании. Мы решили собрать дубликаты всех ключей, которые могли быть у жертв в день исчезновения.

Первым заданием Кэти Макчесни стало интервью с Карен Спаркс – женщиной, пережившей нападение 6 января 1974 года. Ее избили до комы, из которой она вышла только через полгода. Из-за травм Карен почти ничего не помнила, лишь события предыдущего дня. Нападавшего она не видела. В то время она жила по адресу 4325 8-я авеню в университетском районе – всего в нескольких кварталах от дома Теда Банди (4143 12-я авеню). Осмотрев дом и сравнив его планировку с квартирой Линды Хили (5517 12-я авеню), мы пришли к выводу, что Спаркс – выжившая жертва местного убийцы.

Пока Кэти и Роджер опрашивали бывших соседей и друзей Линды, я отправился в хранилище вещественных доказательств полиции Сиэтла, чтобы изучить материалы по ее делу. Заполнив форму временного изъятия (№ 74–5953), я с ужасом узнал от заикающегося клерка, что все вещи из дома Хили уничтожены. Он пояснил, что по инструкции, если владелец не найден и дело не помечено как «РАССЛЕДОВАНИЕ УБИЙСТВА», улики ликвидируются через шесть месяцев. Огромная ошибка. Я был в ярости. Спрашивал, кто санкционировал уничтожение, пытались ли связаться с владельцем, – но ответов не было. На документах стояла отметка «УНИЧТОЖЕНИЕ ОДОБРЕНО» с неразборчивой подписью. Хорошо, что я не нашел этого человека – в тот момент я был готов его убить. Клерк, похоже, почувствовал угрозу и засуетился, когда я пригрозил пойти к начальнику полиции.

Остыв, я понял, как это могло произойти. Следователи – тоже люди, они ошибаются. Я вышел подавленный: криминалисты лишились единственной возможности изучить улики, которые могли указать на убийцу. Совпадали ли волокна, волосы и прочие следы с тем, что мы нашли в Иссакуа и на горе Тейлор? Теперь мы никогда не узнаем.

Уже у выхода я заметил груду пластиковых и бумажных пакетов с табличкой «НА УНИЧТОЖЕНИЕ». Среди них мог быть и пакет Хили. Не знаю, что на меня нашло, но я подошел – и номер 74–5953 бросился мне в глаза, словно неоновая вывеска. Я вытащил пакеты с ночной рубашкой, простыней и подушкой Линды. Клерк тут же подбежал, заявив, что мне нужно разрешение, чтобы забрать «мусор». Серьезно? Пять минут назад эти улики для него «не существовали», а теперь мне требовалось разрешение, чтобы спасти то, что он сам собирался выбросить!

Я оформил изъятие по всем правилам и передал личные вещи Хили и фотографии ее комнаты Кей Суини, эксперту из криминалистической лаборатории. Суини предложила изъять как можно больше предметов, которые находились в комнате во время преступления. Возможно, кто-то собрал их и больше не трогал.