Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник - Джек Олсен Страница 46

В этот не по сезону холодный сентябрьский вечер она, между пластинками, перекусила с отцом яичными рулетами. Старшая из семерых детей, она выросла в непрестижной северной части Спокана и оставалась очень близка с родителями. Через несколько минут после ухода отца пришел ночной диджей, и на этот раз она была рада уйти. Неделя выдалась изнурительной и омраченной смертью птицы. Сил у нее не осталось, а следующая смена начиналась в десять утра.

В одиннадцать вечера она передала пульт сменщику и надела пальто. Через час с работы возвращался муж, и до его прихода ей нужно было разобрать белье из прачечной. Она обошла разбросанные кирпичи, инструменты и проломы в стенах – в KJRB шел ремонт.

Пару недель назад она подняла глаза и увидела стоявшего за стеклом незнакомца, уставившегося на нее; как он вошел, она из-за наушников не услышала. К непристойным звонкам она привыкла, но тогда в студии была одна. Некоторое время мужчина за ней наблюдал, а потом исчез. Когда через несколько ночей это повторилось, она сказала менеджеру станции:

— Не хочу показаться инфантильной, но странные мужчины появляются когда угодно. Вы могли бы поставить на дверь аппаратной задвижку, чтобы я могла запереться?

Еще она попросила установить прожектор на поле, служившем парковкой. Станция стояла на продуваемой ветрами пустоши за жилым районом Саут-Хилл, сразу за городской чертой. Ни одну из просьб не выполнили.

Шагнув в темноту, она вздрогнула. Календарь показывал конец лета, но холодный ветер выл так, как обычно только в лесу – типичный Саут-Хилл. Света не было. Направляясь к своему «Фольксвагену Жук», она плотнее запахнула пальто. Несколько минут назад она говорила слушателям: «В Спокане холодная ночь – около нуля и ниже. Утром одевайтесь теплее!»

Летняя нега закончилась. Она подняла взгляд на россыпь звезд.

На парковке что-то шевельнулось.

— Дорогой? – окликнула она. – Ты?

Иногда муж приезжал ее встречать.

Ей показалось, что мелькнул силуэт. Она сделала еще шаг – и рука схватила ее за шею. Мужской голос сказал:

— Ни звука, или я тебя убью.

Он сжал ей горло и потащил в поле. Она брыкалась и извивалась. Ремешок сандалии расстегнулся, и та слетела. Единственный человек, который мог ей помочь, сидел в студии с наушниками. Она закричала – нападавший попытался засунуть ей в рот руку. Она сильно укусила его, и он ударил ее по лицу. От удара зуб вонзился в нижнюю губу.

Она пыталась вырваться и кричать.

— Заткнись! – сказал он.

На полпути через поле, метрах в сорока пяти от Пятьдесят седьмой авеню, ей удалось убрать его руку и снова закричать. Он ударил ее по носу – она почувствовала, как тот хрустнул.

Она попыталась разглядеть его, но вокруг не было ни проблеска света. Она боролась с невидимой силой, с чьим-то присутствием. Вспомнилась Нанетт Мартин – пропавшая школьница, части тела которой находили по всему Спокану.

«Господи, – молилась она, – не дай мне стать еще одной Нанетт Мартин. Если Ты меня спасешь, я сделаю так, чтобы Ты мог мной гордиться…»

Посреди поля он бросил ее на землю и навалился сверху. Она захлебывалась кровью.

— Подожди! – выдохнула она. – Что происходит? Пожалуйста, подожди… остановись…

Он ударил ее слева по лицу. Она все время переворачивалась на живот, чтобы кровь стекала и она не захлебывалась, но он снова и снова переворачивал ее на спину и бил. Изо рта шли розовые пузыри. Она была вся в грязи и сорняках. Левая сторона лица, казалось, разбита полностью.