Пионеры не умирают - Елена Булганова,Ольга Кудрявцева Страница 47

— Трудно было? – полным сочувствия голосом спросила Светлана.

— Я просто решил так: или добьюсь своего, или мне не жить. Назад с провалом не вернусь. Наверное, только в таком состоянии и можно чего-то добиться. А потом началась учеба и новая гонка, чтобы не стать худшим, ненужным балластом. Там ведь все важно, и начитанность, и общая культура. Даже то, сколько раз сумел в театр на Таганке попасть, имеет значение. От этого зависит, воспримут тебя как своего или посмотрят как на пенек замшелый. У меня на хлеб денег не хватает, а нужно без конца что-то доставать, выкручиваться, иметь дела с фарцовщиками, чтобы одеваться не хуже других. А впереди еще четыре года… Но я выдержу, прорвусь!

— Тебе деньги нужны, да? – спросила девушка совсем тихо. – Но вожатым ведь не очень много платят.

— В курсе. Просто я так вымотался за учебный год, что вообще боялся сломаться. А тут предложили в лагерь – по блату, конечно, я же не на педагога учусь. Сказали, работа не пыльная, на природе. Дотяну смену, а после пойду уж вагоны разгружать, чтобы хоть сколько-нибудь накопить к учебному году… Жаль только…

Пауза.

— Что жаль? – совсем тихо спросила Светлана.

— Ты ведь тут на все три смены останешься? Постараюсь, может, выбраться к тебе… Ты прости, Светка, что я такой неуживчивый, ершистый. Раньше не было времени бегать за девчонками, а увидел тебя – и растерялся. Не поверишь, как будто впервые в жизни увидел настоящую женщину, красивую и умную. Ты меня всю смену держала на расстоянии, но я не обижаюсь. Сам понимаю, каким идиотом выгляжу.

Повисло молчание. «А если сейчас начнут целоваться? – подумала Рита – явно ведь к тому дело шло. – Вот неудобно получится!»

— Между сменами будут небольшие пересменки, я могла бы приезжать в твой город, – тихо сказала Светлана. – Или ты в мой. Мы бы погуляли, пообщались нормально… А вообще, мне кажется, что меня даже на вторую не допустят из-за сегодняшнего случая. Да и вообще, ну что у нас в лагере творится? Может, наберут новых вожатых, которые не в курсе событий, начнут все с чистого листа. В целом не страшно, только бы в институт не сообщили – я в педе учусь.

— Ну так заставь этих гавриков шагать в сторону лагеря! – снова начал накаляться Игорь. – Если мы там через пару часов не появимся, точно будут большие проблемы. А ты сюсюкаешься с ними – ой, бедняжки, ой, устали!

— Но что делать, если они в самом деле устали и отказываются идти?

— Заставь. Пойди поговори с этим Шварцем, пока я из него всю душу не вытряс. Не люблю я все это его племя – с малолетства в любой бочке затычка!

— Ты что такое говоришь, Игорь? – звенящим от напряжения голосом спросила Света. – Что значит «его племя»?

— Да ладно, все ты прекрасно понимаешь!

Рита услышала, как Светлана рывком вскочила на ноги. Голос ее зазвучал теперь не сердито, но устало и безнадежно.

— Нет, не понимаю. И понимать не хочу… Не ходи за мной.

И ушла куда-то к берегу. Игорь хрипло чертыхнулся и тоже ушел, только в сторону оврага. «На него там может напасть тот, с ножом», – подумала Рита, но не нашла в себе сил догонять и объяснять. Тем более вожатый ясно дал понять, что не верит ни одному их слову.

Снова захотелось пить, но не было даже сил протянуть руку к термосу. Через минуту Рита уже крепко спала.