Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник - Джек Олсен Страница 48

— Знаешь, я знаю, где ты живешь, – сказал он, поправляя одежду. – Расскажешь кому-нибудь – и я найду тебя. Я вернусь и убью тебя.

— Я не расскажу, – дрогнувшим голосом сказала она. – Клянусь Богом, никому не расскажу.

Он снова похлопал ее.

— Я скоро уйду, – сказал он. – Что будешь делать?

Она попыталась ответить так, как ему хотелось бы:

— Я… просто сяду в машину и поеду домой.

— Ладно. Слушай, я не хотел тебя обидеть. Но тебе не следовало со мной драться. Мне пришлось тебя ударить.

Она лежала на животе, уткнувшись лицом в сорняки. Он снова заговорил:

— Еще один вопрос. Как ты планируешь развивать свою карьеру на радио?

Ответить она не смогла. Рот был полон крови и грязи, слова не складывались. Она подождала, пока стихнет шорох его шагов по сухой траве, и села. Когда поняла, что он ушел, страх сменился яростью. Она пожалела, что у нее нет пистолета. Она всегда ненавидела оружие, но знала: сейчас выстрелила бы ему в спину и продолжала бы стрелять – снова и снова.

В ноздрях стоял его запах. Она подобрала одежду, поднялась на ноги и, шатаясь, пошла к студии. Уже внутри она поняла, что была голой. Она надела штаны и рубашку и сказала ночному диджею, что ее изнасиловали. Затем забилась в угол и свернулась клубком.

Через несколько минут прибыли полиция штата и помощники шерифа. У нее стучали зубы.

— Пожалуйста, – попросила она, – заверните меня в одеяла.

Она посмотрела на большие студийные часы. Было несколько минут первого. На улице, почти без одежды, при нулевой температуре она провела больше часа.

Ее срочно доставили в больницу «Диаконисс». Обручальное и помолвочное кольца слиплись от крови. Медсестра стерла кровь с лица и попыталась прочистить нос. Левый глаз опух и не открывался. Прибыл муж, готовый к драке. Он крепко сжал ее руку и спросил:

— Как он выглядел?

— Не знаю, – пробормотала она. – Рост около метра семидесяти пяти… может, чуть выше. Коренастый, темные волосы, глаза чуть раскосые.

— Я его убью, – сказал он. – Где он? Я его убью!

Она долго лежала на рентгене, и когда вышла, ее ждали отец и мать. Она впервые увидела, как плачет отец. Он повторял:

— Детка, если бы я не уехал… если бы я не уехал…

Приехал ее приходской священник, затем директор программы и менеджер радиостанции. Директор обняла ее, поцеловала и, казалось, едва сдерживала слезы. Все смотрели на ее избитое тело.

Лаборанты поместили ее под ультрафиолетовый свет, сняли следы спермы с ее ног и одежды, затем взяли образцы из ее окровавленного рта, горла и других телесных полостей. Ее постоянно тошнило. Врачи пытались дать ей таблетки – противозачаточные и препараты от заболеваний, передающихся половым путем, – но из-за рвоты они не удерживались и выходили обратно.

В полицейском управлении для фотосъемки ее попросили раздеться. Пожилой мужчина с фотоаппаратом погладил ее по дрожащей руке и сказал:

— Не волнуйся, обычно я фотографирую трупы, так что все, что ты мне покажешь, я уже видел.

Его неуклюжая шутка немного ее успокоила.

По дороге домой в машине шерифа у нее начались сухие рвотные спазмы. Они повторялись каждые десять минут в течение пяти или шести часов и полностью ее обессилили. Она больше не контролировала свое тело. Ей казалось, что она больше никогда не сможет вернуться к нормальной жизни. Насильник пригрозил вернуться и убить ее.