Любовь и ярость - Мартин Сутер Страница 52

— У них всё ещё нет ничего получше. К тому же всегда только эти половинные бутылки по 0,35. Но оно хотя бы уже охладилось. Я специально пришла пораньше.

Бетти уже не выглядела старой и хрупкой женщиной, какой она была в больнице. Не вполне здоровая, но приведённая в порядок пожилая дама. Глаза казались профессионально подведёнными, и это устраняло из её взгляда ту покорную обречённость, какая была там в прошлый раз.

— Мы не хотели устраивать пышную свадьбу, позвали всего несколько близких друзей и родных, была только ратуша и потом простой ужин на двенадцать человек в «Розенхаусе». Интересно, существует ли он ещё? Я думаю, нет. Мы к тому времени жили вместе уже почти два года, денег было мало, и всё, что мы скопили, мы берегли на свадебное путешествие: три недели в Мексике. За ужином одна пожилая официантка сказала: «С ума сойти, Мексика!» И я спросила, что же в этом безумного. Я думала, она услышала из наших разговоров про цель нашего свадебного путешествия. Но оказалось, она имела в виду землетрясение, которое случилось в этот день в Мехико. Город был почти весь разрушен, тысячи погибших и сотни тысяч без крыши над головой.

Бетти вздохнула.

— Мы тогда поехали в Оберваллис. Но тоже было хорошо.

— А в Мексику позже? – спросил Ной.

— Туда мы так и не съездили. Свадебное путешествие уже не наверстаешь, сказал Пат.

Она задумчиво сделала глоток.

— Так-так, значит, Цаугг купил триптих.

Ной вздрогнул.

Бетти улыбнулась:

— Ты хочешь знать, откуда мне это известно, не так ли?

— Откуда?

— Да он мне об этом и сказал. Ты его не знаешь. Только поэтому он его и купил. Чтобы сказать об этом мне. Он же садист.

— Я ничего не понимаю.

— Должно быть, от Штайнера он узнал, что я интересовалась на выставке этим триптихом. Это и было для него достаточной причиной купить его у меня перед носом.

— Надеюсь, твой триптих ты не упомянула.

— Нет, конечно. Хотя искушение было велико – сказать ему, что его обвели вокруг пальца. Такое он переносит плохо.

Ной подпёр рукой подбородок:

— Невероятно.

— Только для тех, кто его не знает. А кто знает, тот скажет: типично.

Они пришли рано, но теперь «Синий тюльпан» уже наполнялся посетителями «после работы». Многих из них они не раз здесь встречали и раньше, некоторые даже здоровались с ними, и они отвечали на приветствие.

— Есть два способа стать больше, чем те, кто тебя окружает: перерасти других – или сделать других мелкими. Цаугг предпочитает второй способ. Он принизитель. Он делает это не только, когда использует людей. Он делает это прежде всего себе в удовольствие. Он не радуется триптиху. Он радуется тому, что этого триптиха не будет у меня.

Она отхлебнула глоток.

— Вот такой он извращенец.

Ной молчал.

Будто прочитав его мысли, Бетти продолжила:

— Он наверняка обвёл тебя вокруг пальца, предложил перейти на «ты», выпив за дружбу, сделав комплименты. Это он умеет. Но будь осторожен. Не потому, что он непредсказуем. Дело ещё хуже: он предсказуем.

И, не сделав паузы, она спросила:

— А что делает Камилла?

— Она съехала от другого.

— Но не к тебе назад? – Это прозвучало несколько озабоченно.

Ной отрицательно помахал рукой:

— Было бы хорошо. Но нет, она съехала в люксовый апартамент.

— Который оплачивает он.

Ной равнодушно пожал плечами.