Мертвое озеро. Возвращение - Рэйчел Кейн,Керри Райан Страница 56

Но это не объясняет пробела в записях. Я переключаюсь на другую камеру, под другим углом. И снова мы видим, как уезжает сначала Сэм, потом я. И экран гаснет.

— Ничего не понимаю… – Сердце колотится так, что пульс отдается в ушах.

— А камер всего две? По одной на каждому углу? – спрашивает Гутьеррес.

Я качаю головой, сосредоточенно морща лоб:

— Нет, есть еще две, скрытые, на случай если кто-нибудь повредит основные. Они подключены к другой системе.

Я переключаюсь на другое приложение. Все повторяется, и опять… ничего. Изображение пропадает вскоре после моего отъезда и начинается опять, когда Ланни с Коннором возвращаются домой.

У меня ломит виски, голова раскалывается.

— Чушь какая-то!

Я проверяю настройки камеры, пытаясь понять, куда девалось изображение. Возможно, какая-то из настроек сбилась и записи сохранились в другое место…

— Камеры автоматически включаются вместе с сигнализацией. Ланни сказала, что система работала, когда они приехали домой.

Я возвращаюсь к первому приложению и смотрю логи. У каждого из нас свой код, чтобы система могла отследить, кто активировал и дезактивировал систему. Веду пальцем по экрану: вот Ланни с Сэмом уехали в школу с утра, вот Коннор выходил на прогулку, а Сэм – за покупками. Ланни вернулась из школы, снова уехала – повезла Коннора в конюшни. Уехал Сэм. Потом я – на встречу с Мэдисон в отеле. Я должна быть последним пользователем, отраженным в системе, – до возвращения Ланни с Коннором домой. Вот только там есть еще одно имя. Сэм Кейд.

Я отмечаю время: он отключил систему через пару минут после моего отъезда, а еще через двадцать минут активировал обратно. Ровно в то время, когда я ждала Мэдисон в баре отеля.

Да что, мать вашу, происходит?

Я быстро смахиваю экран пальцем, переключаясь на другое окно. Надеюсь, Гутьеррес не обратил внимания на имя Сэма в логе, где он указан последним, кто обращался к системе. Мне нужно сначала спросить Сэма – и уж потом передавать информацию властям.

Но когда я гляжу на детектива, мне бросаются в глаза его поджатые губы. Что-то в его поведении изменилось, и у меня закрадывается подозрение, что я закрыла лог недостаточно быстро и имя Сэма он все-таки увидел.

— Можно нам копию? – спрашивает он, кивая на мой телефон.

— Мне сначала надо разобраться, как выгружать оттуда файлы. – Это ложь. Я знаю систему вдоль и поперек, но мне совсем не хочется передавать им данные.

— Мои криминалисты могут этим заняться, если вам так будет удобнее.

Отклоняю его предложение:

— Вы можете сказать нам, что происходит?

Он пристально рассматривает нас, словно решая, чем может поделиться. Потом спрашивает:

— Имя Леонард Варрус вам о чем-нибудь говорит?

11

Это последнее имя, которое я ожидала услышать, и уходит пара секунд, прежде чем меня настигает осознание. Ощущение такое, будто я лечу в пропасть.

— Лео Варрус? Так это он – покойник в моем доме?

— Нам еще надо дождаться официального опознания, но мы нашли водительские права, и фотография совпадает.

Я поворачиваюсь к Сэму. Он стоит, замерев, у меня за спиной и глядит на дом. Потом медленно качает головой и негромко бормочет, почти себе под нос:

— Лео гребаный Варрус… Вы уверены, что он мертв?

— Вполне, – подтверждает Гутьеррес. – У него перерезано горло.