Куда мы денем тело? - Кен Джаворовски Страница 63

Ребята приумолкли, их либо смутил мой вызов, либо решили, что я чудачка. Мы с мамой переехали в Локсбург из Эшленда несколько лет назад, и я все еще считалась новенькой, вокруг меня еще оставалась завеса тайны.

Я повернулась к Брайану, подняла бровь.

— Поехали, – сказал он с легкой вопросительной интонацией.

Я взяла Пэтти за руку и потянула. Втроем мы подошли к «шевроле нова» Брайана.

По какой-то странной причине я ждала улюлюканья от тех, кто решил остаться. Либо я думала, что они поедут за нами следом. Но ответом была гробовая тишина. Эх вы, неудачники!

— Мы что, правда поедем? – спросила Пэтти.

Кому-то из парней пришла в голову эта же мысль. Он закричал:

— Не забудьте там сфоткаться! Втроем, в Нью-Йорке!

Мы забрались в побитую ржавчиной «нову» и медленно покатили по крутым холмам.

— Ты вести-то можешь? – с сомнением спросила я Брайана.

— Угу. Я всего одну банку пива пропустил.

— Ты точно собрался ехать в Нью-Йорк?

— Почему нет? Да и выбора у меня нет. Если хочешь, высажу тебя у дома.

— Не хочу. А вот Пэтти можем завезти домой. Извини, Пэтти, не хотела тебя в это втягивать.

— Не надо. Если вы едете, я с вами.

Мы стали громко обсуждать, неужели и правда сможем туда поехать, сколько это займет времени. Минут через двадцать Брайан по пандусу вырулил на федеральную автостраду, и мы поняли, что обсуждению конец – пути назад нет. Я развернула у нас на коленях бумажную карту – мы втроем втиснулись на сиденье впереди, – и Брайан включил верхний свет. На парковке мы вышли из машины и купили в автомате по бутылке пепси. Пэтти пересела на заднее сиденье, и мы помчались дальше.

Чем дальше мы ехали, тем больше возбуждались. Трещали без умолку, перебивали друг друга, делились какими-то секретами, вспоминали старые байки. Через час выбрались из поселков вокруг Пенсильвании, дальше пошла более густая застройка. Еще два часа – и мы поехали через пригороды, где плотность населения на четверти мили была в два раза выше, чем где-либо в Америке.

Проехав четыре часа, мы пронеслись мимо зеленого знака «Нью-Йорк-сити, 31 миля». Господи, я и сейчас помню сияние в далекой мглистой дымке: огромный, какой-то неземной купол света. От этой картинки захватывало дух, хоть и было немного страшно.

Вскоре впереди проступили очертания небоскребов Манхэттена.

— Вот это да, – выдохнула я.

У Брайана отвисла челюсть. Пэтти подалась вперед. Три простолюдина из маленького городка приближались к новой вселенной.

— Такая… громадина, – произнес Брайан. Он смотрел перед собой во все глаза.

— Как жизнь, – вставила Пэтти, и ее слова, как ни странно, прозвучали веско.

Мы приближались к городу, и он увеличивался в размерах. Мы притихли, будто осознавая важность этих минут. Почти священных. И тряслись от страха. Потом въехали в туннель Линкольна, и в глаза ударило дневное освещение. Несколько минут – и мы вынырнули на Манхэттене.

— Куда ехать, понятия не имею, – сказал Брайан.

На светофоре я открыла окно и обратилась к пожилому человеку с собакой:

— Простите, сэр. Извините. Мы никогда…

— Куда вам нужно? – спросил он.

— Таймс-сквер?

— Это вопрос?

— Да. Или нет. Сама не знаю.

Он нетерпеливо фыркнул и показал направление.

— Вон туда, повернете на Десятую авеню, потом до Сорок второй улицы.

Мы поехали дальше. Пэтти сказала: