Дефект всемогущества - Фёдор Шилов Страница 67

— Спасибо, дорогая, – Миша рассмеялся.

— Я всё продумала. У нас всё получится! У меня когда-нибудь что-нибудь получалось? Ой, то есть – не получалось? В общем, я всегда со всем справлялась, справлюсь и теперь! Тебе, Светка, я поручу несложную работу, можешь хоть весь день валяться на диване, ну, может, иногда корма скотине задашь, корову подоишь или коня запряжёшь… Шучу. Мы будем разводить кроликов, максимум – козочек…

— На них верхом не покатаешься!

— Про «верхом» – это я образно выразилась. Хотя, может, и лошадь будет. Главное – начать! Я всем придумаю работу…

— А ты не слишком раскомандовалась? – Света резко поднялась. – Тебе не приходило в голову, что ты распоряжаешься в моём доме? Ты всем дашь задания? А ты не забыла, что это моя дача? Я не позволю здесь никому раздавать указания! Я сама знаю, как и что мне делать. Здесь не будет никакой детской фермы. Здесь буду жить я. И Дима!

Дима затравленно посмотрел на Галю с Мишей и чуть заметно пожал плечами: мол, воля хозяйки, я не смею спорить.

— Свет, ты перенервничала, устала… – пробормотала Галя.

— Вызовите себе такси и уезжайте, встреча окончена. Меня тоже порядком достала ситуация с этим участком. Я столько лет варюсь уже в этой змеиной похлёбке! Проваливайте! Отныне этот дом для вас закрыт!

— И участкового не пустишь? – Миша ещё пытался обратить происходящее в шутку.

— Участкового пущу, если он предъявит документы, а не станет клеиться ко всем подряд в моём доме!

— Знаете что? – Галя вдруг закричала. Внутри у неё сделалось горько. Сильнее обычной боли только боль внезапная (оттого и взвизгнешь, бывало, когда, например, молнией куртки подбородок прищемишь). А Галя от сестры удара под дых не ожидала. – Меня тоже всё задолбало! В этом доме я всегда была в статусе служанки! Мне надоело всех обслуживать, уговаривать, помогать, советовать, готовить, стирать, убирать! Плевала я и на этот дом, и на тебя, моя вконец оборзевшая сестрёнка! Ферму я и в другом месте устрою – участков в мире тьма-тьмущая! Пойдём, Миш, такси вызовем по дороге, в этом доме я ни секунды больше не останусь. Второй раз гонят, значит, так тому и быть! Третьего не допущу!

Галя ушла, хлопнув дверью ещё громче, чем Георгий. Миша вышел следом, не прощаясь.

— Они контейнеры забыли… Из-под салата… – Дима потёр лицо ладонями.

— Мне, кроме тебя, никто не нужен, – прошептала Света.

— Что? – после криков и шума Дима не расслышал шёпота.

— Я отрекаюсь от всех и всего – ради тебя, – громко сказала Света. – Мне, кроме тебя, никто не нужен.

«Потому что ты – папочкин посланник», – добавила она мысленно.

— А… Да… – Дима смущённо кашлянул, он не привык к сантиментам. – Мне… тоже… кроме тебя…

Думается, ответ его был искренним.

Глава 18

Наблюдения за СветланойАршиновойЕфимовой, 2018–2019 годы

Странные и непонятные фокусы выделывает с человеком чувство вины.

Светлана зачищала круг общения ради Дмитрия. Она считала это актом искупления вины перед отцом. Чувство вины не оставляло её с самых похорон, проникало в неё всё глубже с каждым прожитым днём, то утихая, то возникая с новой силой. Избавившись от вещей отца – насколько это было возможно, – она стала корить себя за опрометчивый поступок. Теперь ей казалось, что одну из комнат деревенского дома необходимо было переделать в музей, посвящённый Евгению. Но вещей уже не вернуть, первозданную обстановку – тоже: так успокаивала себя Света, но вина не отпускала.