Признание в убийстве - Лия Миддлтон Страница 70

— Да, – шепчет она.

— Мы пытаемся установить, писали ли те люди, которых похищали в Комнату Исповеди, что-либо на том форуме. Что насчет тебя?

Она дергает заусенец на большом пальце. Изабелла не давала полиции этой информации… Тогда почему она сказала это ей во время митинга?

— Это не допрос, Эмилия, – уточняет Брэннан мягким голосом. – Ты не обязана рассказывать нам, что было в признании, если ты его писала. Только скажи, да или нет, чтобы мы смогли убедиться.

Она встречает взгляд. Кивает.

Они переглядываются, подняв брови: крохотный, незаметный кивок, и деталь пазла встает на свое место. Жертв выбирают прямо на самом форуме. Это не просто место для признаний. Это место для отбора.

— После того как они застрелили Райана, что они сделали с тобой? – спрашивает Уайлд.

— Они надели капюшон мне на голову и запихнули в фургон.

— Ты можешь вспомнить что-то о пути?

— Нет, – врет она.

— Любая деталь, которую ты бы могла наскрести, существенно поможет нам определить местоположение комнаты…

— Мне очень жаль… Если бы я только могла, но не помню.

— Ничего? Как долго вы ехали? А ты…

— Со всем уважением, инспектор Уайлд, вы давите на всех жертв так же, как и на меня? – огрызается Эмилия, ее голос дрожит. – Или вы так обращаетесь только со мной?

Брэннан хочет заговорить, но Уайлд поднимает руку, приказывая ему молчать.

— Эмилия, мы правда не хотели давить на тебя. И я приношу свои искренние извинения, если так вышло, но я всего лишь надеялась, что ты сможешь вспомнить больше нюансов перемещения, чем другие, потому что ты сама детектив.

— Когда находишься так близко к смерти… – Эмилия демонстрирует пальцами расстояние в сантиметр, ее лицо горит, – и видишь, как человека убивают всего в нескольких шагах от тебя, поверьте мне, когда я говорю, что навыки детектива не включаются в процесс. Единственный инстинкт в этот момент одинаков для нас всех: сделай что угодно, чтобы выжить.

— Я понимаю, – говорит Уайлд. – Пожалуйста, прими наши извинения.

Эмилия подтягивает к себе колени, прижимает их поближе к груди.

— Извините, но я очень устала. Мне нужно отдыхать.

— Конечно, мы оставляем тебя с медсестрой, – говорит Уайлд.

Они оба встают, в воздухе чувствуется напряжение.

— Спасибо, мисс Хайнес, – тихо говорит Брэннан.

Она кивает, и они отворачиваются, направившись прямо к двери. Но Уайлд останавливается.

— Если ты вспомнишь что-нибудь о случившемся – все, что угодно, – это нам невероятно поможет.

— Я понимаю… спасибо.

Дверь закрывается за ними, и она смотрит в потолок, силясь вдохнуть. Невозможно переключиться с последних нескольких минут, с их требовательных взглядов и вопросов. И всех ответов, которые она не могла дать.

14 ноября, 9:00

Дверь открывается, знакомые комнаты ждут за ней. Но Эмилия не может сдвинуться с места. Она застыла на пороге, вглядываясь в свой дом, который теперь ощущается как опасная территория, а не убежище. Это больше не ее дом. Теперь это всего лишь место, из которого ее похитили. Место, где задняя дверь была не заперта, и через нее просочилась Комната Исповеди. Как вообще она должна вернуться к нормальной жизни? Как так вышло, что ее просто выписали из больницы, а полиция сказала, что специалисты по связи с потерпевшими скоро свяжутся с ней? Что, по их мнению, она должна делать сейчас?