Убить буржуев - Сандроне Дациери Страница 71

— В пределах города с этим не было бы проблем: не знаю, каким образом, но в рамках проекта предполагалось создать теплый микроклимат, а под вечной мерзлотой брат хотел выкопать камеры криоконсервации, доступные жителям «Эона» до или после смерти.

— Слушай, я понимаю, что он был твоим братом, но никто не может колонизировать Антарктиду. Есть международные законы.

— Но там можно размещать научные базы, и «Эон» хотели основать под видом исследовательского центра.

— Даже в этом случае кое-какие проблемы наверняка бы возникли, – с сомнением произносит Коломба.

— Брат всегда говорил, что если проблемы можно решить деньгами, то это не проблемы.

— И насколько я понимаю, их требовалось немало.

— Одно только строительство города обошлось бы в триллион.

— В тысячу миллиардов?

— Для осуществления проекта необходимо было найти тысячу семей, готовых заплатить по миллиарду, чтобы застолбить себе место в раю. Остальные места достались бы их сотрудникам и городскому обслуживающему персоналу. Техническим специалистам, рабочим, солдатам… Они расплатились бы за билет своим трудом.

— И твой брат нашел тысячу таких семей?

— План был провальный, их набралось всего двадцать, хотя Хес прекратил поиски всего два года назад. – Гленн вздыхает. – После того как Данте объяснил мне, что убийца использует как бы… не знаю, как это называется по-английски… когда тебя наказывают в соответствии с твоим грехом…

— Я знаю только по-итальянски – принцип «око за око».

— Я подумал, что, возможно, случившееся как-то связано с «Эоном». В Антарктиде холодно. Возможно, именно поэтому убийца разделался с моим братом таким образом. Но, Коломба, клянусь, это был всего лишь проект, который существовал только в голове у Хеса и еще у нескольких человек. И там он и остался.

— А как относился к нему ты?

— Я был против. Несмотря на все заверения Хесуса, воздействие на экосистему было бы разрушительным. К тому же меня смущал вопрос с обслуживающим персоналом. Пожизненный труд в обмен на проживание и питание? Немного похоже на servage…

— Да, смахивает на крепостничество. Как брат воспринял твою позицию?

— Плохо. Сказал, что я должен либо безусловно поддержать проект, либо уйти из его компании.

— И ты ушел. – Коломба сдерживает улыбку облегчения. Ей не должно быть никакого дела до убеждений Гленна, но она рада, что он не мечтает о мировом господстве. – Почему он в конце концов отступился?

— Потому что умер один из самых активных партнеров, вместе с которым Хес начинал. Джеймс Говард Харгрейв. Он был южноафриканским судовладельцем, коллекционировал старые самолеты и вместе со своим сыном разбился на биплане.

Коломбу пробирает озноб.

— А это точно был несчастный случай?

— Вроде бы да. У меня никогда не было оснований в этом сомневаться. И, кроме моего брата, больше никто из «Эона» не умер.

— Ты знаешь их всех?

— Их имена и документы «Эона» хранились в облаке Хеса. Всю остальную полезную информацию я переслал твоим коллегам во Франции. Но ими не поделился…

— Помимо тебя и этих людей, кто еще знал об этом идеальном городе?

— Научный комитет. Но брат обращался ко многим, кто не проявил интереса. Например, к Кристине.

— А те, в свою очередь, рассказали о нем другим. – Коломба вздыхает. – Значит, о проекте известно многим. Тем более после смерти Хесуса. Думаешь, он обращался и к Мюллеру?