Убить буржуев - Сандроне Дациери Страница 75

— Пустяки. Для народа главное, что он расправился с представительницей элиты, одной из тех, кто может делать и иметь то, чего не могут делать и иметь они. У вас есть «Телеграм»?

— Да, но я им не пользуюсь.

— Загляните туда, и вы увидите, что существуют десятки каналов, призывающих к насилию против так называемой глобальной элиты или глубинного государства.

— Как и QAnon[38]. Такие движения были всегда, и к ним принадлежат только жирные онанисты.

— Пока они ограничиваются словоблудием, нас это не волнует. Но мистер Алюминий может стать катализатором, который подтолкнет их перейти от слов к действиям. По-вашему, это и правда он убил Мартинеса?

— У меня нет веских доказательств. Но я видела этого человека вблизи и считаю, что он убивает не впервые. Возможно ли, что он также убил Хесуса Мартинеса и Мюллера? Да. Убил ли он их? Не знаю, но это вполне вероятно, хотя непонятно, как ему удалось подобраться к людям с такой внушительной охраной и их убить. Данте уверен, что это кто-то из их окружения.

— Может быть, он действует не один.

— Что вы имеете в виду? – удивленно спрашивает Коломба.

— Его поступки вызвали политические последствия. Возможно, в этом и состоит его цель. Возможно, совершенные им убийства были тщательно спланированы, чтобы достичь этого эффекта.

— Тогда он бы не оставил короткую надпись, а сразу стал распространять листовки или прокламации.

— Это террорист три-ноль, орудующий в эпоху, когда мало кто читает больше двух строк за раз. Возможно, сообщники дали ему полезные наводки, чтобы он мог совершить то, что совершил. Человек, который работал в «Джунглях», на Мюллера, на Кристину Ринальди… Если учесть, с какой легкостью их нанимают и увольняют, недовольных бывших сотрудников наверняка предостаточно.

Коломба качает головой:

— Тот, кого видела я, не политический активист.

— А как же надпись?

— Возможно, он просто хочет пустить нас по ложному следу. Так или иначе, теперь моя очередь.

Коломба утыкается в свой мобильник, и телефон Сермонти, лежащий на столе, вибрирует.

— Вы прислали мне сообщение?

— Файл. Это список известных членов проекта «Эон».

Лицо Сермонти остается невозмутимым.

— Что это такое?

— Вы прекрасно знаете, что это. – Коломба изо всех сил старается не сорваться, но без особого успеха. – И я думаю, именно поэтому вы послали меня совать нос в расследование гибели Мартинеса. Полагаю, секта миллиардеров, желающих колонизировать Антарктиду, интересует вас больше, чем смерть пятисотого номера из рейтинга «Форбс».

— Да, нас это крайне беспокоит. – Сермонти надевает очки и быстро просматривает список. – Многие уже были нам известны, но вы отлично потрудились. – Она снимает очки и смотрит на Коломбу. – Что еще вы знаете?

— Что проект ледяного города заглох два года назад, после того как Харгрейв разбился, черт бы его побрал, на биплане.

— Кто это сказал? Гленн Мартинес?

Коломба кивает.

— Вас беспокоила гибель Харгрейва? Потому что Хесус – второй из группы, кто умер страшной смертью?

— Вражда между людьми, способными влиять на мировые рынки, была бы опасна для всех. К счастью, это, похоже, не наш случай.

— Вам следовало бы рассказать мне о Харгрейве, это могло оказаться важным.

— Я предпочла, чтобы вы действовали с чистой головой.

— Другими словами, вместо того чтобы помогать сотрудникам, вы предпочитаете, чтобы они двигались вслепую. А мне это не нравится, – говорит Коломба. – С этого момента у меня только один работодатель. И это не вы.